Бернстайна, которое стало музыкальным символом падения Берлинской стены), «Тоска» Пуччини с Франко Корелли, «Норма» Беллини с Марией Каллас. Тосканини. Виолончельный концерт Брамса в исполнении Жаклин Дю Пре. Третий концерт Рахманинова в исполнении Горовица. Я вообще не сноб во всем, что касается высокой культуры. Я просто получаю удовольствие от самой разной музыки. От всего вышеперечисленного до Лотте Леньи, Фрэнка Синатры, Долли Партон, Леонарда Коэна и Гэри Брукера из группы Procol Harum. И так далее. На следующих страницах вы найдете не только стихи, которые я выучил еще мальчишкой, но и те, что оказали огромное влияние на моего отца. Он частенько просил меня прочесть ему что-нибудь из них. Сам он не мог похвастаться образованием, зато у него был потрясающий дар заучивать стихи. Незадолго до смерти отец признался мне, что в поэзии находит утешение от тоски и тревоги. Полагаю, она давала его мятущейся натуре хоть какую-то точку опоры. Больше всего он любил «Рубайят» Омара Хайяма: Твои надежды гибнут, человек! Иль расцветают… и тогда, как снег, Упавший на песчаный лик пустынь, Сверкнув на миг, уносятся навек [195] . Я вышел в город погулять [196] Уистен Хью Оден Я вышел в город погулять Однажды вечерком, Народ на улицах шумел, Как рожь под ветерком. Река катила волны вдаль, Сиял закатный свет, А за мостом влюбленный пел: «Любви скончанья нет! Я твой, я твой, любовь моя, Не разлюблю, клянусь, Пока гора не полетит, Пока не свистнет гусь, Пока широкий океан, Как коврик, не свернут, Пока не запоет лосось, Луна не спрыгнет в пруд. Что мне годов мышиный бег, Когда передо мной — Жемчужина Вселенной, Венец любви земной?» Но заскрипели все часы И с хрипом стали бить: «Ты Времени не победишь, Не стоит с ним шутить. Прислушайся в слепой ночи: Ты различишь, дружок, При каждом поцелуе Его сухой смешок. Уходит жизнь, как смутный сон, Мелея день за днем, И Время все в конце концов Поставит на своем. Оно на яркий летний луг Обрушит снег и лед, Расцепит руки плясунов И розы с губ сотрет. О, погрузи свою ладонь В холодный ток реки; Смотри, смотри, как в нем дрожат Лучи и пузырьки. Тайфун гремит в твоем шкафу, В постели спит война, И в чашке треснувшей сквозит Загробная страна, — Где нищий золотом бренчит, Где Волк с Овечкой мил, Где дружно кувырком летят Под горку Джек и Джил. Вглядись, вглядись в зеркальный мир, Забудь печальный бред; Жизнь обольстительна, как встарь, — Прельщаться мочи нет. Пускай тоска тебя гнетет И слезы очи жгут — Нелепым сердцем полюби Нелепый этот