— Это неправда! — прохрипела я, ударяя кулаком по полу. — Это неправда, это неправда!
Чип продолжал тянуть из меня силы, как насос тянет воду, и я чувствовала, как с каждым ударом моего сердца он забирает ещё кусочек меня.
И тут рядом оказался Кайл. Но он не пытался меня обнять. Не шептал, что всё будет хорошо. Он схватил меня за плечи, встряхнул так, что зубы клацнули, и посмотрел прямо в глаза — жёстко, безжалостно.
— Слушай меня! — рявкнул он, его голос пробил боль, как пуля пробивает стекло. — Забудь эти картинки! Это мусор! Это не твоя жизнь! Твоя жизнь — это когда Трейси тащит тебя из огня, даже если ты орёшь на неё. Твоя жизнь — это когда Мейс прикрывает твою спину, даже если ты не видишь. Твоя жизнь — это не то, что тебе сейчас показывают. Это то, что ты знаешь. То, что ты помнишь.
Я смотрела на него, а боль всё ещё рвала меня изнутри, но в его голосе была такая уверенность, будто он сам мог выдрать чип из моей головы голыми руками.
— Держи эту мысль, — жёстко приказал он. — Держи её, как нож. Как щит. Не давай ей рассыпаться.
Я кивнула, хватаясь за его слова, как за край обрыва.
— Теперь смотри на планшет, — скомандовал он. — Быстро. Где узел?
— Здесь, — прошептала я, тыкая пальцем в экран. Рука дрожала, но я держала.
— Активируй, — сказал он. — Прямо сейчас. Не думай. Не бойся. Просто сделай.
Я провела пальцем по сенсору.
На секунду всё стихло. Боль исчезла, картинки растаяли, и осталась только звенящая тишина. А потом чип дёрнулся — будто в последний раз попытался сопротивляться — и затих.
Я выдохнула, и этот выдох был как первый вдох после долгого погружения под воду.
— Получилось, — тихо прошептала Трейси, глядя на графики. — Сигнал оборван. Он больше не связан с системой.
Я посмотрела на свою руку. Линия импланта всё ещё была видна под кожей, но теперь она была просто шрамом. Не угрозой. Не врагом. Просто следом того, что было.
Кайл отпустил мои плечи, но остался рядом. Он не улыбался. Не говорил, что я молодец. Он просто кивнул, будто мы только что закончили обычный рабочий день.
— Хорошо, — сказал он. — Теперь ты можешь дышать.
Стив, который всё ещё стоял у стены, медленно подошёл, но не ко мне — к Кайлу.
— Ты знал, что так будет? — тихо спросил он.
— Нет, — ровно ответил Кайл. — Но я знал, что она не выдержит жалости. Ей нужна была правда. И жёсткость.
Я закрыла глаза, чувствуя, как дрожь, которая не отпускала меня всё это время, наконец уходит.
— Спасибо, — тихо сказала я, не поднимая головы. — За то, что не стал меня жалеть.
Кайл хмыкнул, но в этом звуке не было насмешки.