— Держи ритм, — тихо сказал Кайл, заметив, как я чуть поморщилась. — Не пытайся её перекричать. Просто слушай.
Я закрыла глаза на секунду, позволяя себе не сопротивляться, а встроиться в этот ритм. И вдруг поняла: среди помех есть закономерность. Не случайный шум, а повторяющийся паттерн — будто кто‑то специально создавал эти помехи, чтобы скрыть что‑то важное.
— Трейси, — выдохнула я. — Посмотри на частоты между 340 и 360. Там есть повторяющийся сигнал. Он не от обломков.
Трейси быстро переключила фильтры, и на экране вспыхнули линии, складывающиеся в чёткую картину.
— Ты права, — прошептала она. — Это маскировка. Кто‑то держит здесь «слепую зону», чтобы незаметно входить и выходить.
Мейсон прищурился:
— Значит, у Родригеза есть тайный вход. И если мы найдём, где он начинается, сможем подойти к базе так, что нас не заметят.
Кайл посмотрел на меня, и в его взгляде мелькнуло то самое уважение, от которого становилось одновременно и спокойнее, и страшнее: будто он видел во мне не просто напарницу, а ту, без кого этот план не сработает.
— Ты слышишь сеть лучше, чем любой сканер, — тихо сказал он. — Если ты сможешь держать этот ритм, мы пройдём.
Я снова сжала в ладони чип, чувствуя, как он уже не кажется холодным.
— Тогда я буду её слушать, — ответила я. — А вы — держите курс.
Челнок нырнул в полосу помех, и мир за иллюминатором рассыпался на полосы света и тьмы. Двигатели приглушили звук до едва слышного шёпота, а экраны показывали только самые важные данные: скорость, курс, расстояние до границы зоны сканирования.
— Тридцать секунд до входа в «слепую зону», — прошептала Трейси.
Стив тихо выругался:
— Если сейчас что‑то щёлкнет, нас заметят.
Мейсон постучал пальцами по подлокотнику, будто отбивал ритм терпения:
— Терпи. Ещё немного.
И вдруг сеть перестала тянуть силы. Она будто замерла, прислушиваясь, как мы скользим по её границам. Я почувствовала это не как облегчение, а как паузу — как перед ударом.
— Она знает, что мы здесь, — прошептала я.
Кайл не спросил «что делать». Он просто положил ладонь на панель рядом с моей рукой — не касаясь, но так близко, что я чувствовала тепло.
— Мы знаем, что она знает, — спокойно сказал он. — Но мы всё равно идём.
Челнок скользнул в «слепую зону». На экранах пропали лишние сигналы, остались только те, что были нам нужны. Трейси тихо выдохнула:
— Получилось. Мы внутри. Теперь главное — не выдать себя раньше времени.
Мейсон кивнул:
— Отсюда до базы — двадцать минут. Двигаемся без лишних манёвров. Как только выйдем из зоны, у нас будет не больше трёх минут, чтобы найти вход.