мы не инициировали.» Выражение лица Магнуса Эриция жёсткое. «Вы Телимус.
Катен. Домитор Академии. Военные дали бы вам любую должность, о которой
вы только попросили бы, — и всё же могу заверить вас: у нас вы не
получите никаких особых привилегий. Вы ничего не приобретаете и многое
теряете, делая этот шаг. Поэтому, если вас хоть сколько-нибудь заботят
доверие и продвижение, вы должны сказать мне сейчас — почему,
собственно, мы ведём этот разговор?»
Я позволяю себе нахмуриться. Несколько долгих секунд молчу. Не потому
что удивлён — я знал, что это или что-то подобное произойдёт. Мои ответы
готовы. Но всё же лучше, если я буду выглядеть застигнутым врасплох.
В конце концов я встречаю взгляд Терция. «Потому что я хочу знать,
почему погиб Каллид. И хочу убедиться, что тот, кто за это ответственен,
понесёт наказание.»
Это едва заметно, но взгляд Магнуса Эриция заострился. «Если бы вы
хотели преследовать Ангвис, Военные были бы вашим лучшим вариантом», —
говорит он осторожно.
«Да.»
Отец Каллида изучает меня, затем кивает. В этом движении — понимание.
Я не считаю, что Ангвис несут ответственность за Юдициум — по меньшей
мере, не в одиночку.
Судя по его реакции, он тоже.
Любопытно.
Его руки сложены за спиной. Он открыто несёт в себе боль, глядя на
ослепительно-белые надгробия, уходящие вдаль по долине. «Мне говорили,
что вы были с ним в конце.»
Я сглатываю. «Да.» Мой друг снова у меня на руках — окровавленный,
сломленный. Борется за каждый вздох. А потом — перестаёт.
«Говорят, вы несли его. Всю дорогу до Академии.» Он наконец смотрит
на меня. Взгляд скользит на мой левый бок.
«Он был моим другом», — тихо напоминаю я. На этот раз голос у меня и
впрямь ломается.
Лицо Цензора искажается, он снова отводит взгляд, отражая мою скорбь.
Миг уязвимости, пусть и краткий, — диссонирующий с неестественной силой,
исходящей от него.
«Вам следует знать ещё кое-что, сир», — собравшись с духом, продолжаю
я. «Он оказался в Седьмом Классе лишь потому, что его шантажировали. Он
совершил ошибку — доверился одной из других учеников, Белли Воленис, —
передал ей документы Ценза, в которых были отражены все недавние смерти
в Юдициуме. Он пытался её защитить. Она взяла их и сообщила ему, что
если он не перейдёт в Седьмой, то передаст документы своему отцу.» Я
делаю вдох. «Она погибла в Юдициуме, и документы в безопасности; он
вернул их месяц или два назад. Но было уже слишком поздно поправить его
положение. Он … он очень хотел, чтобы вы это знали.»
Терций Ериций крепко зажмуривается. — Когда он так стремительно
покатился вниз, я решил, что тому есть причина. Веская причина. А если и