присутствия, но теперь я не могу прогнать его. По крайней мере, рядом со
мной он с меньшей вероятностью причинит вред — в этом я уверен.
Несмотря на усталость, понимание того, что я пытаюсь обогнать
информацию, придаёт ногам отчаянную силу. Быстрее.Быстрее . Я
добрался прямее, чем кто-либо мог бы в лабиринте Катена, но ненамного. А
мне ещё пришлось вымыться, переодеться. Прежде чем Магнус Кварты начнут
действовать, будет лишь короткое окно. Очень короткое окно.
Они наверняка воспримут это как нападение Военного ведомства на
остальной Сенат — единственных, кто способен на такой удар. Как новые
лидеры сенаторской пирамиды Военного ведомства, они почувствуют угрозу.
А будучи одними из двенадцати равно могущественных новых лидеров, они
теперь ещё и будут бороться за звание Принцепса между собой. Для тех,
кто желает эту должность, это означает действие — стремительное и
решительное.
Это означает возмездие.
Я вырываюсь на Форум мимо остолбеневших преторианцев, привлекая к
себе тишину и тревожные взгляды окружающих. Я игнорирую их и мчусь к
группе, всё ещё стоящей в тени наверху лестницы. Я покинул их меньше
часа назад.
Разговоры всё ещё звучат и клубятся — напряжённые, но не более, —
пока я прокладываю себе путь между плотно сгрудившимися группами
сенаторов. Впереди меня замечает Индол, хмурится и говорит что-то
остальным, которые поворачиваются, чтобы посмотреть. Феликс выглядит
развлечённым. Эмисса и Аэква хмурятся — возможно, видят моё выражение
лица. Эйдина не видно.
Я ещё не дошёл до середины лестницы, как замечаю гонца,
протискивающегося сквозь толпу, чтобы передать своё сообщение. Потом ещё
одного. Потом ещё, как муравьи, снующие в траве. Ещё больше вливаются с
боков.
Я замедляюсь. Смотрю, как это разворачивается, продолжая идти —
вопреки себе самому. Весть движется волной, захлёстывая Форум. Лица
людей бледнеют. Бормотание превращается в сердитое ворчание, группы
начинают отстраняться друг от друга. Люди перестраиваются, становясь
спиной к спине. Готовятся. Ни один взгляд из тех, что я вижу, больше не
несёт в себе цвета.
«Что происходит?» Эмисса произносит это спокойно, но я вижу её
нарастающее беспокойство, когда она оглядывает картину внизу.
«Что-то случилось в расположении Военного ведомства. Я не знаю, что
именно, но это звучит скверно». Я колеблюсь. «Что-то вроде
нападения».
«Проклятыебоги ». Все сразу осознают грандиозность того, что
я говорю, но это Индол отвечает, лицо его побелело. «Сенаторы уже едут
обратно?»
Шум толпы становится громче. Злее. Крики. Взаимные обвинения.
Замешательство.
«Вероятно. И нам не стоит здесь оставаться, когда они приедут». Я