«Старый механизм. Сделан теми же, кто построил Каналы. Ещё один
пережиток, оставшийся до войны». Он начинает нажимать на символы в,
казалось бы, случайном порядке, хотя его движения в силуэте быстры и
уверенны. Каждый, которого он касается, вспыхивает на миг.
Затем преграда перед ним внезапно сдвигается, складываясь и открывая
проход за ней. По центру потолка тянется тонкая чисто-белая линия света.
Всё остальное — пол, стены и свод — мерцает тёмным блеском.
«Давай», — говорит Каэрор, шагая внутрь.
Я следую. Хмурюсь на зеркально-чёрный камень, проводя по нему
пальцами. «Это обсидиан?»
«На вид — точно обсидиан». Он умолкает, затем извлекает Клинок
Наставления и резко, с силой бьёт им о стену; раздаётся сухой треск, из
места удара летят искры, и я невольно отступаю назад. Каэрор виновато
ухмыляется и поднимает меч. «Ни царапины. Ни на нём, ни на стене. Мы так
и не нашли ничего, что способно его поцарапать».
Я задумываюсь. На Рес обсидиан — одно из самых легко напитываемых
веществ, однако сам по себе он довольно хрупок. «Он пронизан Волей?»
Именно так преторианцы не дают своим Бритвам ломаться поминутно.
«Не думаю. Иначе мы могли бы перенять из него Волю. То же и с мечом».
Он движется вперёд; узкий коридор внезапно распахивается в огромный зал,
и вопросы об обсидиане тотчас вылетают у меня из головы.
«Это и есть сад», — добавляет он, несколько излишне.
Перед моими глазами на сотни футов тянутся ряды тщательно ухоженных
посевов. По большей части бобы и другие стручковые. Я тру глаза: здесь
свет чуть мягче, чем в коридоре, слегка тёплый, он касается лица,
прямыми полосами разлинован по потолку меж отражающим чёрным камнем. Но
взгляд мой удерживает зелёная листва. Что-то странно щемящее поднимается
в груди при этом зрелище. С тех пор как я сюда попал, я не видел ничего
живого и растущего.
Между рядами движутся человек шесть — собирают урожай или
пересаживают рассаду. Все обнажены до пояса, как, похоже, принято здесь
у всех. Некоторые при нашем появлении приостанавливаются, и я не могу не
заметить тревоги на их лицах, когда они замечают меня, — впрочем, они
быстро возвращаются к работе, склонив головы.
«Этот свет. Он подражает солнцу?» Я смотрю вверх, на полосы вдоль
потолка.
«Не так эффективно. И не так тепло», — говорит Каэрор с лёгким
сожалением. «Но растениям хватает».
«Это невероятно». Я коротко смеюсь. «Гниющиебоги . И это в
самом деле со времён войны?»
«Да. Четыре тысячи лет. Если бы у нас была хоть доля их знаний…»
Каэрор оглядывается вокруг с почти мечтательным видом, затем замечает
кого-то, машущего ему с небольшого расстояния. «Подождёшь минуту? Мне