Я не заметила, как увлеклась и очнулась только после того, как мои пальцы замерли над клавиатурой.
На площадке было очень тихо – только последние отзвуки грозы звенели в воздухе.
Свежей, летней грозы, так сильно диссонирующей с этой удушливой обстановкой, запахом шоколада и дорогих духов.
Я нашла глазами Лейтона, и сразу стало спокойнее. Рядом с ним стоял Шторм, и на смуглом лице дракона в фиолетовом отражался неподдельный восторг – ему явно понравилось мое исполнение.
Император Радион Алай смотрел на меня и глаза его блестели, как вишни, которые он до этого ел.
– Поистине, Кривовия рождает настоящие диковинки, – с восхищением сказал император, потирая бородку. – Было настоящим преступлением прятать от меня этот огонечек… Маленький источник света. Ей не место в Академии военных драконов. Ее место – в императорском Четырехграннике, при дворе. Я желаю каждый день слышать эту необыкновенную композицию. Прекрасный подарок на День моего первого оборота, майор Уинфорд. Лучший подарок из всех, что преподнесли мне сегодня.
Лицо Лейтона было непроницаемым.
– Тесса Кук – кадетка Академии военных драконов, и ею же останется, Ваше Величество.
– С этого момента нет – высшим императорским указом. Она останется в Четырехграннике. Принесите ей подобающий наряд, пусть переоденется! – скомандовал Рад. – Эта убогая форма скрывает слишком много и совершенно ей не идет.
– При всем уважении к Его Императорскому Величеству, эта девушка не может остаться в Четырехграннике, – спокойно проговорил Уинфорд. – Она – моя будущая жена и должна находиться со мной.
– Жена… – повторил Радион, как будто впервые услышал это слово и не понял его значения.
В абсолютной полной звенящей тишине...
Глава 78.
Лейтон расстегнул манжет белоснежной рубашки и показал на запястье венчальную метку. Так как я все еще находилась под действием маскировки, она была не золотистой, а полупрозрачной, мутно-желтоватой, как цвет моей крови в дракомере.
Некрасивой. Бледной. Как след от клея – что-то вопиющее в его идеальном облике.
Шрам от срезанной им когда-то метки Кристалины Вадэмон зарубцевался и был почти незаметен. После нашей свадьбы он должен был исчезнуть полностью.
– Тесса, – велел Лейтон.
И я расстегнула свой манжет, обнажив запястье с черным символом, который он начертил своей кровью.
Никаких красивых церемоний, громкого венчания, торжественной помолвки в окружении гостей под вспышками фотокамер, никакой венчальной тиары рода Уинфорд, которую, по местному обычаю, я должна была надеть на помолвку…
Никакого пафоса и шумихи, которая должна была сопровождать это событие.