Такое отчаяние.
Такую боль.
Я провела окровавленными пальцами по идеальной линии его подбородка и улыбнулась, чтобы он не думал, что перед смертью я страдала.
Или что я жалела.
Горький ком в горле не позволил проглотить мои последние слова.
– Я не Тесса. Меня зовут Тася. Может быть, когда-нибудь мы встретимся снова…
Боль в груди вернулась со страшной силой, она поглотила меня, растворила в своем тумане.
Показалось, что вдалеке я слышу стук дождя.
Промозглого противного осеннего дождя по брезентовому капюшону моей куртки и шелест шин велосипеда по асфальту.
Но вскоре эти звуки растворились в небытие.
Сознание погасло, и я окунулась во мрак.
Глава 97.
Дождь барабанил по брезентовому капюшону моей куртки.
Монотонный, холодный, непрекращающийся дождь.
Я не сразу поняла, что капли стучат не по куртке, а по крыше со скатом. А сама я лежала на полу.
Было темно и мрачно. Рассеянный свет падал из маленьких окон, вырубленных в скошенной крыше, но его было слишком мало.
А еще было холодно.
Я приподнялась на локте, пытаясь понять, где нахожусь.
Но первое, что поняла – чувствую себя непривычно. Очень, очень странно.
Что-то было не так.
Моя одежда…
На мне и впрямь была короткая темно-зеленая куртка, свитер, джинсы и кроссовки, в которых я была, когда везла заказ на велике, меня сбила машина и я полетела на обочину.
А еще руки и волосы.
Ногти со светло-бежевым маникюром, который был у меня в тот день.
И волосы до лопаток, собранные в хвост.
Я уже привыкла к Тессиной гриве до пояса, и мои собственные волосы показались короткими…
Мои собственные волосы, руки, одежда!
Мое собственное тело!
Тело Таисии Золотовой.
Я снова была в нем.
Вот только… Где?!
Приказав себе успокоиться и мыслить здраво, я огляделась и узнала этот темный коридор.
Тот самый коридор, в котором меня когда-то, кажется много-много лет назад, зажал Лейтон после представления клубов, когда я шла по нему, сжимая в руках две гвоздички…
Я вернулась в АВД!
Вот только…
Дойдя до лестницы, приоткрыла дверь и увидела такой же темный и мрачный лабиринт коридоров, пустых и безлюдных.
Академия словно вымерла.
Ни единого звука. Ни единого шороха. Ни единого источника света.
Выглядело это, как в фильме ужасов, и я поостереглась покидать коридор и вернулась обратно, на место, где пришла в себя.
И тут поняла, что единственный источник света во всем этом пространстве все-таки был.
Только не впереди, а позади.
Там, на чердаке, где находилось знакомое мне маленькое помещение со скошенной крышей.
Официальный штаб клуба ОЛУХ.
И в нем горел свет.
Теплый, золотистый, манящий свет.