Я снова смотрю на форму, в которой мне было так комфортно и спокойно. Несмотря ни на что, она стала моей броней.
И то, что он сейчас сделал…
Старинная и красивая, такая благородная форма старой Янсон, за которой я ухаживала и берегла ее, как зеницу ока.
Она вся в проклятом вине!
И плевать мне, сколько оно стоит!
– Ты, ты…
Лейтон выгибает бровь, усмехаясь уголком рта.
– Я не ослышался, Тесса Кук? Действительно обращаешься ко мне на «ты»?
В его голосе удовлетворение.
Не знаю, каких усилий на этот раз мне стоит взять себя в руки.
Хочется накинуться на него, и…
И…!
Я понимаю, что он это специально, Лейтон Уинфорд только того и ждет.
И все, что мне остается – не доставить ему такого удовольствия.
– Вы… Вы весьма любезны, что разрешили воспользоваться своей ванной, майор, – улыбаюсь, по-моему, совершенно фальшиво, и с жутким скрипом отодвигаю тяжелый стул так, что он кажется, царапает ножками паркет.
У него там, и правда, какой-то дорогущий особенный пятновыводитель стоял для его драгоценных белых рубашек в шкафчике для чистящих средств.
До Янсон не добегу, тем более, ее правда нет – взяла выходной.
Если застираю форму горничной прямо сейчас, возможно, успею ее спасти.
Почему-то это сейчас кажется очень важным – вернуть форме ее первоначальный лоск.
А он уж теперь-то точно свалит!
Сделал гадость – на сердце радость. Больше ему тут делать нечего. И так задержался, теперь ему надо поспешить в Уинфорд-холл. .
Захлопываю дверь ванной и запираю ее на замок изнутри.
Несколько раз дергаю ее и проверяю, хорошо ли закрыта.
Хорошо. Наглухо.
Перевожу дыхание.
Подхожу к зеркалу, рассматривая себя, и кулаки сжимаются сами собой.
Кажется, раньше я не испытывала такого всепоглощающего, яростного гнева.
Или я пытаюсь назвать гневом что-то другое?
Но какие вообще еще чувства можно испытывать при виде того безобразия, которое сотворил с моей формой Лейтон мать его Уинфорд?!
Это не какое-то там небольшое пятно на черном форменном платье!
Оно все в рубиновых винных разводах!
И фартук. На белом они смотрятся особенно вопиюще.
Еще раз оглядываясь на дверь, стаскиваю с себя и платье и фартук разом. К сожалению, лифчик тоже пострадал, приходится снять и его – уж очень щедро Лейтон меня полил.
На инструкции к пятновыводителю сказано, что пятна нужно засыпать порошком и подождать минут пятнадцать-двадцать.
Только он какой-то особо едкий – пока действует, трогать руками нельзя.
Жду положенное время, чувствуя себя неуютно почти обнаженной в этой холодной роскошной ванной комнате.
Как будто кто-то пристально и жадно наблюдает за мной из зеркал, которых тут слишком много на квадратный метр.