— Знаешь… — вдруг сказал он, и его голос стал серьёзным. Он повернулся к Ане всем корпусом. В его глазах больше не было насмешки. — Я так тебе благодарен за помощь! Без тебя я бы ещё долго мучился и опозорился перед комиссией. В общем…
Он сделал паузу. Аня замерла, её ручка зависла над листом. Она невольно сжала край скатерти под столом, пытаясь унять внезапную дрожь в пальцах.
— … Аня, ты пойдёшь со мной на бал?
Слово «бал» прозвучало как удар колокола. Аня перестала дышать. Щёки её мгновенно залил такой густой румянец, что стало жарко. Она широко раскрыла глаза и уставилась на него так, будто он предложил ей полететь на Луну.
— На… на бал? — растерянно переспросила она. Её голос дрогнул и стал едва слышным шёпотом.
— Ну да, — просто сказал Макс и улыбнулся своей обезоруживающей улыбкой.
— Я… я не знаю… — замялась Аня. Её пальцы нервно теребили выбившуюся из косы прядь волос. — Я не очень хорошо танцую…
— Ничего страшного, я научу, — подмигнул он.
Ксюша, которая до этого момента сидела тише мыши (что само по себе было событием), вдруг выпрямилась на стуле так резко, что чуть не опрокинула банку с газировкой. Её глаза расширились от внезапной догадки.
— Постой-ка… — медленно произнесла она, переводя взгляд с сестры на Макса и обратно. Её тон полностью изменился. — Для бала нужна пара?
— Ну да! — подтвердил Макс.
Ксюша замерла. На её лице промелькнула тень разочарования.
— Блин… а у меня пары нет… — вздохнула она уже без всякой злобы, просто констатируя грустный факт.
Макс развёл руками:
— Ну извини, двоих я вас пригласить не могу. Да и страшно с тобой идти, вдруг ты кусаешься?
Это была последняя капля.
— Нужно больно! Я с тобой сроду никогда никуда не пойду! — выпалила Ксюша, вскакивая со стула так стремительно, что её стул с грохотом упал на пол.
Она резко развернулась на каблуках и выскочила из кухни.
Прошло ровно две секунды абсолютной тишины. Затем дверь приоткрылась ровно настолько, чтобы в проёме показалась сначала макушка Ксюши, а затем и вся она целиком. Она метнулась к столу со скоростью пули, схватила второй кусок пиццы своей маленькой рукой так быстро, что никто не успел среагировать. Задрав носик к потолку с видом оскорбленной королевы, она с важным видом вышла из кухни во второй раз, демонстративно громко хлопнув дверью так, что со стены посыпалась штукатурка.
Макс не выдержал и громко расхохотался, откинувшись на спинку стула:
— Ну и характер! Огонь-девчонка!
Аня всё ещё сидела красная как помидор от смущения за сестру и за себя саму. Сердце билось где-то в горле так сильно, что казалось, вот-вот выскочит из груди.