Сообщив о происшествии главе, мы вернулись обратно уже гораздо большей компанией — с мигалками ДПСовской машины, грузовиком и почти всеми кто находился в этот момент в «штабе». Машин набилось столько, что у дома Иваныча не было свободного места, свет фар резал глаза, бросая резкие тени на снег и стены дома.
У нас в селе и раньше случались убийства, в основном по пьяни, бытовуха. Но всё как-то проходило мимо меня, где-то на периферии. Узнавал об этом потом, постольку поскольку, из разговоров. А тут… Только вчера с Иванычем разговаривал, а теперь он — просто тело. Холодный кусок мяса в луже крови.
— Надо усилить патрулирование! — гремел глава, Сергей Алексеевич, обращаясь к своим людям в казачьей форме. Лицо его было багровым от гнева и холода. — И всех стариков проверить! Сейчас же! Не дай бог не только здесь эти твари поработали! Возьми списки у Марины и давайте, дуйте на обход! Немедленно!
Те молча покивали, лица напряженные, и, ничего не говоря, быстро разошлись по машинам.
— Андрей! — Сергей Алексеевич резко повернулся к нам. — Ты же бывал у него. Знаешь его хозяйство. Посмотри, может, вспомнишь, что пропало. Кроме продуктов.
Как быстро выяснилось, основной целью мародёров были именно продукты. Подчистую выпотрошенный погреб — пустые полки, разбросанные банки с соленьями — и такой же пустой сарай, где завхоз держал кур и кроликов. Но поймать их, ориентируясь на пропажу картошки или кур, было нереально. Вот глава и просил Андрея — как человека, бывавшего здесь — вспомнить, может, взяли что-то ценное, неочевидное.
Андрей еще раз прошел по опустошенным комнатам, вглядываясь в хаос. Техника — старенький телевизор, магнитофон — и другие крупногабаритные вещи были на месте. Телефоны, ноутбук (покрытый пылью) и прочие гаджеты валялись на своих местах. Ну а о мелких ценностях, типа украшений или денег, он понятия не имел. Кто знает, что у стариков водилось?
В общем, кроме самого факта зверского убийства и ограбления, никакой зацепки не появилось. Может, будь здесь настоящие сыщики с опытом, они бы и вычислили кого-то, но весь штат правоохранителей села состоял из двоих ДПСников, с трудом разбирающихся в ПДД, и участкового-пенсионера, который больше по справкам специализировался.
— Печально, конечно, это всё, — тихо сказал Андрей, глядя, как бесцеремонно грузят в грузовик всякий хлам из сарая Иваныча — старые доски, ржавое железо, пустые бочки. — Но не пропадать же добру. И оставить нельзя — тут же растащат… — В его голосе была горечь и прагматизм выживания.
Так как нас ни к чему больше не привлекали, мы решили, что здесь мы лишние. Под шумок погрузки свалили домой, предварительно договорившись с главой и запихнув в багажник те самые четыре покрышки от Волги.