Единственная проблема — нас заперли. Какой-то умник на убитом китайском внедорожнике, заляпанном грязью до крыши, встал аккурат поперек единственного свободного проезда, полностью заблокировав выезд. Его водила явно считал себя центром вселенной.

— Подождём, — проворчал Леонид, обойдя китайца. Машина стояла криво, одним колесом на бордюре. — Если хозяин не объявится — отодвинем. — Он похлопал по массивному стальному кенгурятнику Зямы.

Главное не сцепиться с хозяевами китайца, которые, судя по избранному способу парковки, ребята не самые мирные. Но время ещё было, и мы, разложив перекус на ящике — когда-то рыболовном, а сейчас заменяющем столик, принялись рассуждать, пытаясь построить хоть сколько-то логичную версию.

Копченая утка (добытая Леонидом на днях), лук, овощи в банке, соленые огурцы. Еда казалась безвкусной на фоне адреналинового послевкусия. Принялись рассуждать, пытаясь натянуть хоть какую-то логику на невероятное событие.

— Я как считаю, — Леонид обгладывал крыло утки, его голос был спокоен, но глаза бегали, отслеживая движение вокруг. — Ты где-то да обознался. Либо тогда, на озере, либо сейчас. Если это так — возникает главный вопрос: когда? Если сегодня это действительно был он, — Леонид ткнул костью в сторону невольничьего ряда, — то у нас, брат, конкретные проблемы. Серьезнее некуда. Он знает, откуда мы. Если же тебе просто показалось, и кости Коли давно растащили по степи шакалы — значит, всё в порядке, и можно не дергаться. Просто похожий человек.

— Не знаю, Лёнь… — я сжал кусок мяса так, что сок вытек на грязный асфальт. — Что в тот раз, что в этот — я ж не пьяный был, не в бреду. Видел его ясно, как тебя сейчас. Сто пудов.

— Ну тогда и рассуждать не о чем, — Леонид швырнул обглоданную кость под колесо соседней машины. — Заправляемся по-быстрому, если найдем чем, и валим отсюда к чёртовой матери. От греха подальше. Чем быстрее — тем лучше.

Честно говоря, я был готов уехать хоть сию секунду. Сама ситуация висела дамокловым мечом, да и предчувствие было какое-то нехорошее. Вот только бросать начатое на полпути — преступно. Патроны и топливо — это сейчас кровь и плоть станицы. Даже с нашим арсеналом — без достаточного боезапаса мы — просто мишени. Особенно без боекомплекта к пулеметам. Пулемет без патронов — железка. А топливо… Топливо было нужно не только для «буханок». Главная надежда — кукурузник. Не использовать этот шанс было бы глупостью. Раз в день облетать периметр станицы на безопасной высоте и дистанции — гарантия заблаговременного предупреждения о любой угрозе. Да что там угроза! Поиск ресурсов, разведка местности, быстрая переброска людей или грузов — возможности колоссальные. Взять тот же Город. Что безопаснее и быстрее: трястись по убитым дорогам, огибая засады и бандитские КПП, или прилететь по воздуху? Посадить самолет можно на любой прямой участок дороги или даже в чистом поле. Взлететь — тоже. Красота! Облетел глухие районы, куда наземным путем не пробраться, нашел что-то стоящее — сел, загрузил, взлетел. Но пока это были лишь мечты. На один такой вылет, по самым скромным подсчетам, нужно было полтонны бензина. А это при нашем текущем положении — фантастика. Даже если мы заправим все одинадцать бочек, что везем на трех машинах, этого хватит лишь на рутинные нужды станицы: генераторы, редкие вылазки по округе, патрулирование. Не до полетов.