Леван кивнул.

— Верно. У них будут цепи с холодными рунами. Против крыльев.

Тариэл скривился.

— Рад, что твой род поделился мерзкими привычками с половиной мира.

Леван не ответил.

Я закрыла глаза и коснулась стены ладонью.

Шавцихе.

Дом отозвался сразу.

Боль. Тревога. Гнев. Дети внизу — три огонька. Марта — у западного хода. Слуги Левана — у ворот. Суровые, напуганные, но верные приказу своего князя. Враги — уже на склоне.

И ещё…

Я резко открыла глаза.

— Они не пойдут через ворота.

— Что? — Леван обернулся.

— Западный ход.

Тариэл выругался.

— Старый винный тоннель?

— Марта там.

Я уже бежала.

Крепость взорвалась движением.

Шавцихе хлопала дверьми, перестраивала лестницы, гасила факелы в ложных коридорах. Но враги знали, куда идти. Слишком хорошо знали. Значит, кто-то когда-то выдал им карту. Или был в доме раньше.

Кетеван?

Мужчина в сером плаще?

Совет?

Все сразу.

В западном коридоре запахло горелым металлом.

Я влетела туда в тот момент, когда стена винного погреба треснула.

Из пролома полезли люди в тёмных масках. Не тех, что были у Совета. Эти маски были кожаными, с узкими серебряными полосами у глаз. В руках — короткие арбалеты, клинки, цепи.

Марта стояла перед проходом с кухонным топором.

Маленькая старая женщина против шести убийц.

— Марта!

Она даже не обернулась.

— Я же говорила, старые женщины опасны!

И ударила первого топором по руке.

Он закричал.

Но второй уже поднял арбалет.

Я не успела бы.

Леван успел.

Он появился сбоку, серебряно-чёрной тенью. Клинок сверкнул, арбалет упал вместе с рукой. Я отвернулась на миг — не из жалости к убийце, а потому что тело всё ещё не привыкло к такой близкой смерти.

Тариэл ударил с другой стороны. Не мечом — огнём. Тёмное пламя ударило по пролому, но вдруг рассыпалось о невидимую стену.

— Руны! — крикнул Леван.

Из тоннеля вылетела цепь.

Чёрная, с холодными синими знаками.

Она обвилась вокруг руки Тариэла.

Он зарычал.

Не по-человечески.

Цепь зашипела, впиваясь в кожу. Пламя на его ладони погасло.

— Месхи!

Я бросилась к нему, но Шавцихе ударила тревогой в грудь.

Дети.

Не здесь.

Ниже.

Они уже в доме.

— Лука! — выдохнула я.

Тариэл резко поднял голову.

— Иди!

— Но ты…

— Иди!

Леван разрубил цепь одним ударом. Тариэл пошатнулся, но остался на ногах.

Я побежала.

Сердце колотилось в горле. Дом вёл меня сам: налево, вниз, через кухню, за потайную дверь. Но воздух становился всё горячее.

Слишком горячим.

Потом я увидела дым.

Чёрный, густой, ползущий из нижнего зала.

И услышала крик Темура.

— Не подходите!

Синий огонь вырвался из-под двери.

Я ударилась о стену, закрывая лицо рукой. Жар облизал кожу. Метка на запястье вспыхнула в ответ.