Он тут же корчит мне недовольную рожицу.
– Не. Лучше мясо. Можно даже без салата. Марк вкусно готовит.
Я ставлю мясо в микроволновку и все-таки делаю салат на скорую руку. Продуктов в холодильнике хватает, а это минутное дело. К тому же, оговорка «можно даже без салата» указывает на то, что его бы очень хотелось.
– Ох, как пахнет… – довольно стонет Матвей.
– Я смотрю, кулинарные таланты брата ты ценишь куда больше резки по дереву.
– Нет, – он трет переносицу и вздыхает. – Когда он только начал, я его всячески поддерживал. Ну, во-первых, чтобы его подбодрить. Ему было нужно как-то отвлечься. И рукам польза. Врач сказал, что нужно разрабатывать руки. Чтобы вы понимали, его первые фигурки у меня до сих пор дома стоят! Он строгал – я хвалил, забирал. Но потом-то он продолжил их вырезать! Рука разработалась, а он все угомониться не мог! Ну вот и… сначала не выдержала моя комната, а потом и квартира. Мне даже лишний шкаф негде поставить!
И глазенки такие жалостливые-жалостливые. Вот просто в душу смотрит и ждет, когда я его пожалею.
– Так, погоди… – я водружаю тарелку с салатом на стол, упираю щеки в кулаки и прокручиваю его слова. – Вилки там.
Матвей удивленно моргает. Но спокойно поднимается и приносит нам столовые приборы. Даже тарелки захватывает. Видно, что он прекрасно здесь ориентируется. Ну, это еще по штанам и трусам было понятно, что он здесь как минимум пару раз оставался с ночевкой. А скорее всего – какое-то время и жил.
– Как ты там говоришь…
– Говорю, что мне из-за этих фигурок даже лишний шкаф негде дома поставить! – жалуется с готовностью он. – А у меня пока не такие хоромы. А только однокомнатная квартира!
– Лишний шкаф потому и называется лишним, что без него можно обойтись, – отмахиваюсь от его грусти-печали. – Что ты говорил о руках брата? Почему ему нужно было их разрабатывать?
– А вы не знаете? – удивляется он. – А, хотя да… Такая неприятная тема, не захотел вам рассказывать. Он вообще об этом не очень любит вспоминать – ну оно и понятно. Кому хочется вспоминать, когда ты был беспомощным, тебя собирали по кусочкам и думали, что ты не сможешь даже ходить? Ну разве что под себя.
Наткнувшись на мой взгляд, он поспешно отворачивается.
– Ой, кажется, мясо готово!
И такая трудолюбивая душка – сам достает, сам переносит на стол. Сам хлебушек режет – крупными ломтями, но что уж, кто придирается к мелочам?
Усаживается за стол, снова встречается со мной взглядом и, вздохнув, поясняет:
– В аварию он попал. Два года назад. Ну и, чтобы закрыть эту тему, выдам все махом – он выпил с друзьями, не собирался этим вечером садиться за руль. Но когда его попросили, не смог отказать. К счастью, никто не пострадал. Только он. Ну что, можно есть?