Временами я отчитываюсь, как поживают цветы. А он показывает большой, но пустой подоконник в съемной квартире. Или салон машины, когда едет на встречу. Кожа, хром, тишина. Красиво, но чуть-чуть не хватает уюта.
И каждый вечер – каждый – как ритуал, звучит один и тот же вопрос с двух сторон: «Как твой день?»
Это важно. Это так важно, когда есть человек, кому не все равно. Кому, кажется, действительно хочется узнать – как ты? Не из вежливости. Не для галочки. А потому что правда интересно.
Можно ли сказать, что между нами ничего нет?
Можно ли назвать его чужим человеком? Случайным? Тем, с кем легко разойтись и даже не вспомнить?
Я пытаюсь. Честно пытаюсь так подумать.
Не получается.
Поднимаю взгляд на Матвея и понимаю, что ему не нужен ответ. Он все прочитал по моему лицу. Молча кивнув, он снова увлекается блинчиком, оставляя меня в своих мыслях.
– Ох, что-то мне тоже чайку захотелось. Нужно пропихнуть последние пару блинчиков… – слышу за спиной голос Егора. – Так, нужно посуду побольше. Блинчики очень упертые, рвутся на волю. О, в самый раз!
Я тут же выныриваю из размышлений и кручу головой. Вот это я хозяйка – что и сказать, гостям уже самим приходится о себе беспокоиться. С другой стороны, у Матвея здесь больше прав, мог бы и помочь другу найти какую-то чашку.
– Егор, там в верхнем шкафу есть большие, – подсказываю.
– Да я уже. Вот… Ага, уже справился. К тому же, вряд ли там будут больше, чем эта!
Он наконец разворачивается, с совершенно счастливой улыбкой и… чашей Джамбати в руках. Над которой струится белый дымок.
– Эм… о… а тебя в этой чашке ничего не смущает?
Матвей сидит, давится смехом. Видимо, не зря его брат аукционами увлекается – какие-то знания и мелкому перепали.
Егор же хмурится, глядя на нас. Подносит чашу к носу. Вдыхает запах чая. Пожимает плечами.
– Ничего не смущает. Нормальная чашка. К ней бы, конечно, ручку еще. А то в ладонях не очень удобно держать. Ну и я не понял, для чего в ней лежал кусок деревяшки. На ложку не очень похоже. Лимоны давить?
– А что, – соглашаюсь я, – интересное применение. Жаль, что сто лет назад монахи, которые ею пользовались, об этом не знали.
– Сто лет? – ужасается Егор. – Да уж, это, пожалуй, обидно. Столько лет чем-то владеть и не знать, для чего оно.
Мы с Матвеем переглядываемся и дружно смеемся. Егор хмыкает и делает первый глоток.
– Ничего чай, – кивает, – сойдет.
– Это все потому, – хвастаюсь я, – что я чашу тщательно вымыла. Так бы тебе вряд ли понравилось.
– Это вы правильно сделали. Ладно – монахи чудили. Но нам-то чего тупить? Стоит годная вещь – надо пользоваться! Тем более что мы в теме.