В толпе в тот день мне помахала Стелла Арройаве – владелица антикварного салона Om Asian Fine Art and Antiques. Тогда она была для меня просто красивым лицом вдалеке. Потом Стелла призналась, что в тот момент повернулась к сотруднице и сказала: «Я только что видела своего будущего мужа».

Год спустя я зашел к ней в магазин. Я забредал туда и раньше, но с ней самой мы не пересекались. Салон был набит пестрой коллекцией антиквариата, статуэтками буддийских божеств и всевозможной мебелью.

Стелла поприветствовала меня из-за своего стола; это был очень радушный прием – она буквально расплылась в улыбке. Я присмотрел индийский сундук для приданого XVIII века и еще пару великолепных вещей. Залюбовался искусно вырезанным китайским свадебным креслом, и Стелла настояла, чтобы я принял его в подарок.

Я предложил заплатить и спросил, можно ли доставить все в тот же день.

– Сделаю все возможное, – ответила она.

В тот же вечер она приехала ко мне домой. Мы расставляли вещи и незаметно разговорились. Я поймал себя на мысли, что она меня чертовски привлекает, но при этом понимал: в моем нынешнем состоянии я ни для кого не пара. Я спросил, замужем ли она.

– Нет, – сказала она.

Она вспоминает, что, услышав это, я практически выставил ее за дверь. Я не хотел ни с кем связываться. Никому не доверял.

И все же она не шла у меня из головы. Она была не только красивой, но и загадочной. В ней странным образом сочетались независимость и теплая, почти материнская забота. Было ясно, что она привыкла жить полной, самостоятельной жизнью. И мне захотелось узнать о ней всё. На следующий день я позвонил ей и пригласил на ланч. И на следующий день тоже позвонил. И на следующий. Судя по всему, ей нравилась моя компания, но она явно не спешила переводить наши отношения в серьезное русло.

Я узнал, что детство у нее было непростое, но она выстроила себе прекрасную жизнь – сама, без опоры на мужчину. Она объездила полмира – от пляжных вечеринок на островах до изучения европейских столиц. Кем она только не работала, чем только не увлекалась – но главным для нее были актерство и торговля предметами искусства и антиквариатом. А еще я увидел в ней столько сострадания и доброты, сколько не встречал прежде ни в ком. Она трепетно заботилась о своей большой семье – была любящей сестрой, дочерью, тетей, кузиной.

Через несколько свиданий она рассказала о своем первом впечатлении в тот день на параде. Она сказала, что я, конечно, махал всем с улыбкой, но выглядел очень одиноким человеком.

– Ты казался таким потерянным, – сказала она на одной из наших первых встреч. – Я все никак не могла забыть твои печальные глаза.