Я замираю, не до конца веря своей удаче.
— Что мне нужно там сделать?
— Я хочу, чтобы ты преследовал ковен, — отвечает она. — Нам нужно знать, как они оправляются от своего маленького разочарования в начале этой недели.
Ведьма-гарпия Минди резко поворачивается к ней, сузив фиалковые глаза.
— А что случилось?
Людмила улыбается маленькой ведьме.
— Разве ты не слышала? Их верховный жрец скоропостижно скончался ночью. Остановка сердца, не так ли, рейф?
Я склоняю скрытую в капюшоне голову.
— Именно так, госпожа.
Минди смеется.
— Ох, Мил, какая же ты злая. Зачем вообще возиться с этими глупыми островными ведьмами?
Протянув руку, Людмила заправляет прядь волос Минди за ухо.
— Потому что у них есть то, что мне нужно... то, что я считала потерянным для себя навсегда. — Она поворачивается ко мне, и улыбка сползает с ее лица. Зачем тратить улыбку на меня? Вы улыбаетесь лопате, прежде чем выкопать яму? — Мне нужно знать, кого они выберут преемником ведьмака Прескотта на посту главы ковена.
Ох, нет. Это плохо.
— Да, госпожа, — говорю я, снова кивнув.
— Я хочу, чтобы за ними всеми следили, — продолжает она. — Отслеживай их передвижения как можно тщательнее. И особенно пристально приглядывай за тем молодым историком.
Моя звериная сущность жаждет метнуться через ковер, вонзить пальцы в грудь Людмилы и, блядь, разорвать ее на куски. Хвала богам, какая-то рациональная часть меня берет верх. Я сдерживаюсь, выжидая.
На острове Берр два историка. Я должен быть уверен...
— Назовите имя историка, — бесстрастно произношу я. — Я позабочусь о самой тщательной слежке.
Она фыркает, явно раздраженная; ее аура меняется от мягких серых тонов к темно-болотно-зеленым и холодному, черному как уголь цвету.
— Ты знаешь, о ком я говорю, рейф. Эзра Хоу. Хочу, чтобы ты следил за ним как ястреб. О малейшем намеке на предательство немедленно докладывать мне.
— Предательство? — повторяю я.
Теперь она подается вперед, в глазах блестит злоба.
— Одним из последних поступков Джаспера Прескотта на этой земле была попытка увести у меня моего копателя. Верховный жрец угрожал Хоу. Это выбило беднягу из колеи. Заставило его начать задавать вопросы, которые он не должен задавать. По крайней мере, если я хочу и дальше действовать в тени, вне досягаемости хитрых маленьких барьеров острова.
Я склоняю голову, отчаянно пытаясь скрыть любой намек на облегчение, который может проступить сквозь тени моего капюшона. Мы на верном пути. Она определенно хочет получить то, что зарыто в Хоумвуде. Ей нужен Хоу, чтобы это достать. Всё можно решить. Мы можем остановить ее. Я могу стать свободным.