— Жуть, — бормочет Горти, постукивая пальцем по хмурому лицу Блодвена. — Не хотела бы я встретить его в темном переулке.
— Рейф говорит, что он демон контрактов. — Немного странно не использовать имя Дайна, но он не давал мне разрешения раскрывать его Горти. — Хотя я не совсем понимаю, что это значит...
— Это значит, что он могущественный ублюдок, как минимум уровня архидемона. — Подойдя ближе, она щурится на написанный мелким почерком список рядом с его портретом. — Так и есть. Пятый Круг. Его специализация в магии — проклятия и узы. Слышала когда-нибудь фразу «заключить сделку с дьяволом»?
— Да, конечно.
— Так вот, именно демоны Пятого Круга заключают все сделки в аду. Даже знать не хочу, что сделала эта ведьма, чтобы заручиться преданностью архидемона. Что бы это ни было, ничего хорошего в этом нет. И понадобится чертова уйма огневой мощи, чтобы хотя бы сравниться с ним. И еще больше — чтобы одолеть.
— Но ковену ведь это по силам, правда?
Она делает шаг ближе, проводя пальцем по каждому списку магических способностей ковена Лачко.
— Защитные чары нашего острова так долго оберегали нас, — произносит она, почти обращаясь к самой себе. — И теперь я задаюсь вопросом, не сделали ли они нас заодно и слабыми.
Оставив эту зловещую мысль висеть в воздухе, она отворачивается и идет изучать беспорядок на столе. А я остаюсь смотреть на стену с портретами преступников. Горти права, у Людмилы на стороне огромная сила. Веками она собирала самых сильных и злобных магических прихвостней, которых только могла найти. И все они, похоже, живут и процветают за рамками человеческой жизни и законов. Даже без магии они — преступники. Все они — закоренелые убийцы.
Перевожу взгляд на шкафчики на противоположной стене, где мы развесили фотографии нашего ковена. И что же я вижу? Нелюдимые островитяне, привыкшие к тихой жизни. Владельцы магазинов. Свахи. Большинство ведьм в этом ковене — старые. Хрупкие телом, если не духом. Только троим из них меньше сорока, включая Фиби. А она всё равно застряла в Германии, и магии у нее кот наплакал.
Имя Джаспера, как верховного жреца, приклеено на самом верху шкафчика. Без фотографии. Только список талантов, который он наспех набросал о себе: магия земли, защитные заклинания. Он также написал слово «молния», но поставил после него знак вопроса. Когда я спросила, что это значит, он просто буркнул: «Не спрашивай».
Кое-какие другие имена и виды магии мне знакомы. Гортензия Гастингс: воздух, исцеление. Мерси Бартлетт: вода, проклятия. То, что магия Руби тоже зелёная, совсем не удивляет. Она фермер уже не в первом поколении, и умение чувствовать единение с землёй наверняка не раз сослужило ей добрую службу.