Терпеливая и методичная, она кружила вокруг меня. Она знала, что лучше
меня. Знала, что в конце концов победит.
Я повторял её шаги, кружил вместе с ней, довольствуясь пока чистой
защитой. Я знал то же, что знала она. Стоит мне атаковать — и я лишь
открою себя для более быстрого поражения.
Ещё один вихрь — она бросилась вперёд; я разгадал финт, но не второй.
Её копьё прошло подо мной. Зацепило сзади левую ступню. Я упал.
Она отступила, разочарованная, ожидая, что я признаю поражение.
Я перекатился на ноги и снова принял стойку.
Она нахмурилась. — Ты проиграл, Леатфир.
— Ты решила это по одному падению? — Я крутанул копьё. Бессмысленно
красуясь.
Её брови сдвинулись, но она равнодушно махнула рукой и снова пошла на
меня. Такая же спокойная, плавная и быстрая, как прежде. Беспорядочный
стук скрещивающихся копий снова разнёсся в темноту. Я попятился,
вынуждая окружавших нас людей расступаться. Бесчисленные часы тренировок
сделали моё равновесие незыблемым, инстинкты отточились, а тело хорошо
приспособилось к отсутствию руки. Но она была слишком быстрой. Слишком
искусной. Слишком хорошей.
Тридцать секунд спустя моё копьё выпало из онемевших пальцев после
невозможно точного удара. Я откатился назад, безоружный, пока Тара
остановилась, а моё копьё лежало у её ног. — Ты побеждён.
— Я обезоружен, — поправил я её с нажимом. По-прежнему на носках. Я
уже пытался пошутить на эту тему, но перевод не очень получался.
Её копьё метнулось вперёд, просвистев у моей головы; я дёрнулся
назад, но был почти уверен, что она могла бы попасть, если бы захотела.
— Сдавайся.
Я бросаюсь вперёд, пытаясь нырнуть к своему копью, но получаю сильный
удар в живот. Перекатываюсь и через боль тянусь к нему, но вдруг Тара
хватает меня. Единственная рука выкручена за спину. «Я сломаю тебе
палец». Давление её хватки нарастает до почти невыносимого уровня. Её
лицо близко к моему. Я чувствую её дыхание.
Я встречаю её синие глаза. Она красива. Яростная и страстная в
оранжевом, мерцающем свете костра. Не то чтобы я никогда не замечал
этого. Но по какой-то причине это поражает меня именно сейчас.
По-настоящемудоходит . «Тогда ломай».
Она ломает.
Разум не сразу осмысливает случившееся, а затем я вою от боли. Палец
согнут под неестественным углом. Она отпустила меня, отступив назад,
пока я падаю на колени.
«Признай поражение».
Рука дрожит. Это не важно. Шесть недель пути назад в Каэр Арас.
Сломанные кости заживут.
Я сжимаю зубы и рывком с рыком вправляю палец на место. Подползаю к
своему копью и поднимаю его. Стараюсь не вскрикнуть, когда палец
отказывается присоединиться к остальным, обхватывающим древко. Я знаю,