Воздух вырывается из лёгких, и я лечу кубарем — сила удара
отшвыривает меня назад. Я превращаю падение в перекат, скользя на
коленях по траве и готовясь снова прыгнуть вперёд.
Она выслушает теперь .
Мышцы напряжены, в глазах красная пелена, дыхание слишком частое. Я
не хочу рисковать. Но я уверен. Все силы уходят на то, чтобы
расслабиться. Дышать. Опустить копьё.
«Признаю поражение».
МОЯ РУКА ДРОЖИТ ОТ БОЛИ, ПОКА ПАДРАЙГ БЕРЁТ
ЕЁ обеими руками, внимательно осматривая сломанный палец.
«Неплохо». Он двигает им с тем, что я уверен — большей силой, чем
нужно, вырывая из меня сдавленный стон. «Перевяжем. Заживёт».
«К тому моменту, как мне предстоит биться?» Это не тот вопрос,
который я задаю. Я обычно быстро заживаю. Достаточно крепким будет,
когда отряд, возвращающийся в Каэр Арас, доберётся туда.
«Если такова твоя судьба». Падрайг продолжает закреплять пальцы.
Сердце падает. «Ты думаешь, Тара всё равно не возьмёт меня?»
Он просто продолжает обматывать. Молчание между нами, затем я
шевелюсь. «Я слушался копья. Оно говорило мне, что делать».
Он замирает. Всего на мгновение. «Знаю. Тебе нужно поговорить с
Лиром».
«Я не хочу идти с ним».
«Это не обязательно то, что произойдёт». Падрайг мягок. «Он всё равно
уже видел, Леатфир. Тынасцеанн . Нужно следовать Старым Путям.
Если ты станешь воином короля Ронана, то должен отправиться в
Форнакс».
Я смотрю на него. «В Форнакс?»
Любая надежда, что он мог бы сообщить какой-нибудь новый клочок
сведений, рассеивается. «Он объяснит. В своё время». Он заканчивает
повязку. «Ты был глупым, доведя Тару до того, что она тебя
покалечила».
«Мне нужно было показать ей, как много это для меня значит».
«Знаю. И она была глупой, что не увидела этого задолго до
сегодняшнего дня. Вы оба глупые». Он выпрямляется. «И она была бы ещё
большей глупицей, не взяв тебя с собой».
Он уходит, не добавив ничего, без единого слова прощания. Просто
констатируя факт. Я улыбаюсь ему вслед, хотя никто не видит этого. Даже
сейчас я не привык к их странной, прямолинейной честности. Так
напоминающей Эйдина, что порой кажется, будто мой друг здесь, рядом со
мной.
Я следую за плечистым хозяином краннуга и возвращаюсь к группе, где
только что завершились последние испытания. Конор, светлые волосы
которого блестят в отсвете огня, стоит, запыхавшийся и потный, но
торжествующий — над Фергусом, который выглядит недовольным, хотя и не
более, чем обычно. Среди наблюдателей проходит тихий шёпот, когда они
замечают наше возвращение.
Остальные одобрительно кивают мне, и Конор хлопает меня по спине,
присоединяясь к нам. Мы ждём, пока Падрайг произносит несколько слов,