Вокруг шелестели листья и скрипели ветви. После дней пути по открытым
пустошам здесь было тесно.
Когда мы наконец вышли из леса, деревья сразу же уступили место
небольшому пляжу; противоположный берег был виден лишь благодаря
поднимавшимся за ним холмам. Вода мерцала, тихо плещась.
А в двадцати футах от берега стояла большая каменная арка.
Усталый и тревожный, я всё же дал любопытству приблизиться. На
вершине арки были выбиты три завитка, соединённые в центре. Знакомый для
этих земель узор, который нередко наносили на тела воинов, хотя я не
знал его значения.
Вокруг символа шла надпись на ветусианском.
— Путь к… рассмотрению тех… кто желает служить? — Перевод получался
грубым, как всегда с этим древним диалектом.
— «Испытанию». Не рассмотрению. Там написано «испытанию», — поправил
Лир, оказавшись слишком близко за спиной. Я резко обернулся и увидел,
что он смотрит на меня с нескрываемым любопытством.
— Что это такое? — Я недоверчиво смотрел на камень. Последнее
проклятое ветусианское испытание, через которое я прошёл, стоило мне
руки.
— Пережиток другого времени. — Лир жестом отвёл меня от воды. — Тебе
следует поесть. И отдохнуть.
— До каких пор?
— Пока я не скажу иначе. — На этот раз у него хватило приличия дать
мне полуизвиняющееся пожатие плечами.
Я миновал стадию раздражённых споров в надежде сломить его, и потому
последовал совету друида. Мы разбили лагерь, хотя и было ещё рано.
Поели. Ни один из нас не произнёс ни слова. Я задумчиво смотрел на
озеро, пока послеполудень угасал. Вскоре в воде отразился глубокий
оранжевый цвет.
— Приближается время между временами. — Лир наконец встал, и я
последовал его примеру. Сердце забилось чуть быстрее. Я потянулся за
своим немаркированным копьём.
— Нет. — Когда я нахмурился, он просто покачал головой. — Только ты
сам.
Несмотря на его твёрдость, рука моя всё ещё замерла в воздухе. Голос
Падрайга резко осадил меня: настоящий воин и его оружие никогда не
должны расставаться. Что без него он неполон.
Часть испытания? Быть может, мне следует настоять?
Я выдохнул, сжал руку в кулак и выпрямился, оставив копьё на
земле.
— Интересно. — По тому, как Лир произнёс это, он не ожидал, что я
соглашусь.Вэк . Прежде чем я успел передумать, он повернулся,
наблюдая, держа посох обеими руками, как последние лучи заходящего
солнца скрылись за холмами, погрузив нас в пыльный полумрак сумерек.
Затем он шагнул в воду. Подол его белого плаща потемнел. — Иди.
Дрожа и не желая идти, я снял сапоги и шагнул следом за ним. Ледяное
озеро кусало кожу сквозь штаны. Я стиснул зубы, чтобы сдержать их