Эльчин, который рассказывал о том, как все здесь устроено, упомянул, что у каждой клетки – свой особенный код-доступ, который меняется примерно раз в три дня, а еще, что эти символы – из языка химер, только они действуют на них своей сдерживающей магией.
– Кстати, язык химер мы тоже будем изучать, и даже сдавать по нему зачет, – заметил изумрудный дракон. – У него свои особенности – простой, даже примитивный, в нем нет букв, слов и предложений, скорее, понятия. Может быть, из-за своей странной примитивности он довольно сложно дается нам, драконам.
Две клетки были расположены прямо в полу в виде круглых колодцев, так же накрытых решетками – Эльчин сказал, что там находятся самые опасные обитатели питомника.
Драконы-младшекурсники возбужденно крутили головами, пытаясь высмотреть за решетками химер – до этого момента кадеты первых ступеней не видели их вживую. Картинки из учебника не внушали особого трепета, и мне тоже, потому что там было изображено нечто бесформенное и непонятное.
Да и старшекурсники, на удивление, выглядели довольно возбужденными и заинтересованными, хотя у них-то уже курс по химерологии прошел, а у некоторых уже состоялись поединки с химерами.
Эльчин сыпля фактами про жизнь химер, то, как они тут содержатся и как за ними ухаживают, здорово напоминал экскурсовода. Мы порхали за ним по питомнику, и впрямь здорово напоминая экскурсионную группу.
Драконью экскурсионную группу. Как упомянул Роян, не в драконьем облике в питомнике было находиться нежелательно. А если драконы в человечьем обличье сюда и заходили, то под специальными сложно скроенными щитами.
Адъютант Рояна, который отвечал за порядок в питомнике, единственный среди нас находился в облике человека. Здоровенный детина с лысым черепом мог посоперничать огромным телосложением со своим начальником, когда тот не был драконом, разумеется. Насколько помню, его звали Терент.
Терент продемонстрировал нам свой щит, на пару мгновений подсветив его – и правда, витиеватый – на его плетение явно ушло много времени и магии, после чего мы двинулись дальше. А адъютант скрылся в одной из подсобных пещер.
Задняя часть камер-клеток тонула во мраке, словно они были пусты, но чутье подсказывало – это не так. В их глубине кто-то притаился, кто-то внимательно за нами наблюдающий.
Я следовала за Юнисой и Марзи ближе к средине колонны, и не знаю, как так получилось, что оказалась в самом конце.
Впереди мелькнул тонкий хвост, покрытый сияющими синими чешуйками…
Мне это не понравилось, и я хотела подлететь к Юни, которая, глазея по сторонам с широко открытыми глазами и еще более широко открытой пастью, утопала уже довольно далеко вперед.