Однако то, что я собиралась проделать, стоит жертв.
Упускать шанс, который выцарапала с таким трудом, было просто глупо.
А к слухам, если они все-таки пойдут, мне не привыкать.
Правда о том, что будет, если они дойдут до Лейтона, лучше не думать.
– Честные вопросы наедине – это мне по душе. Главное про хронографию не спрашивай или шифрование – они у меня уже в печенках сидят!
Лампы под потолком замигали красным – яркие световые вспышки повторялись через точные промежутки времени, вызывая эффект, как в замедленной съемке.
Совсем уж сильно я уединяться с Ченингом Паджетом не собиралась, в отличие от него.
Рубиновый настойчиво потянул меня вглубь своих апартаментов, в сторону спален, которых, судя по всему, у него было несколько, и в которых уединялись парочки.
Отправляться с Паджетом в спальню в планы никак не входило, но и коридор для моих целей не подходил – слишком много любопытных глаз
Поэтому, перехватив инициативу, я затолкала Ченинга в какую-то небольшую комнатку, оказавшуюся чуланом для средств уборки.
К сожалению, здесь так же мигало это противное красное замедленное освещение, но выбирать не приходилось.
Удивительно, однако выглядел Ченинг Паджет как-то странно, странно на меня смотрел и при этом даже не подумал застегнуть свою рубаху, щеголяя обнаженным торсом.
– Спрашивай, Кук. Я весь твой.
– Сначала сними амулет, защищающий тебя от ментального вмешательства.
Рубиновый зачем-то облизал губы.
– Вот даже как?
Глядя мне в глаза, Паджет демонстративно стащил с запястья браслет, который крутил в тренировочном зале, и разжал пальцы – в свете этих дурных вспышек тот, как в замедленной съемке, упал на пол.
Несмотря на мое драконье зрение, а может и из-за него, мелькающее освещение раздражало, мешало сосредоточиться.
– Расскажи, что произошло на твоей прошлой вечеринке. Ты можешь говорить об этом, ведь твоя секретная печать – полная липа, – процедила я. – Все, что помнишь про меня, Кристалину Вадэмон и Ангелику Гроув.
– Я был пьян и уже мало что помню, Кук.
Паджет прерывисто дышал, и кажется, каким-то непостижимым образом приблизился в этом тесном пространстве кладовки.
От него пахло гранатом, табаком и отдаленно – чем-то остропряным, похожим на красный перец.
– Ты говорил, у тебя элитный алкоголь, после которого нет похмелья.
– Ну да. Но это не значит, что потом ты помнишь все, что с тобой происходило. Оно, может, и к лучшему, знаешь ли.
– Ты проиграл в карты и должен отвечать на мои вопросы.
Паджет то ли ухмыльнулся, то ли поморщился.
– Ты, как всегда, им прислуживала, а они развлекались. Наверное, после этого и осознала, какой подстилкой была и так сильно изменилась, да?