Пыли здесь совсем немного – справляюсь с ней в рекордно быстрые сроки.
И вообще, если честно, уборка меня успокаивает. В своем мире я порой подрабатывала в клининге. Жалко только, команда у них уже была набрана, и меня вызывали в помощь только на большие заказы, когда клинеры сами не справлялись.
Специальной мягкой кистью бережно протираю последнюю книгу в строгом темном кожаном переплете с узорами, но безо всяких надписей.
– Майор, я почти закончила. Могу я идти, у меня…
Слова застревают в горле.
Потому что никакими документами и бумагами Лейтон не занят.
Откинувшись, вальяжно развалился в кресле.
Левая рука его лежит на подлокотнике, он лениво опирается подбородком о костяшки пальцев, а правой рукой…
Правая его рука – на члене.
Напряженном вздыбленном члене, который стоит буквально колом – он водит по стволу рукой и смотрит на меня.
Хотя смотрит – это совсем не то слово.
Пожирает своими голодными голубыми глазами, которые заволокло темной дымкой.
Я чувствую этот взгляд всем своим существом, каждой клеточкой, каждой порой кожи.
Бесстыдный взгляд мужчины, который обволакивает, облекает, затягивает в себя, на глубину, на самое дно бездны, до краев наполненной дикой первозданной похотью.
Он не касается меня и пальцем, лишь только этим неотрывным взглядом, но это чувствительнее любых прикосновений и развратнее любых, самых грязных на свете мыслей, слов и движений.
Трогает при мне себя – без поспешности, без суетливых движений, с наслаждением, врастяжку.
И одновременно ласкает глазами меня, всю меня целиком, каждый миллиметр моего тела – волосы и лицо, грудь и талию, бедра и ноги, которые начинают подкашиваться.
Встретившись со мной глазами, Лейтон усмехается, продолжая медленные движения по своему члену рукой.
– Какие-то проблемы, Тесса Кук?
Ни грамма стеснения, смущения, стыда. Думаю, стыд – чувство, которое у этого мужчины атрофировано напрочь.
А вот у меня – нет.
Кровь приливает к щекам, а воздух выбивает из лёгких.
Хватаю его ртом, отчаянно пытаясь восстановить сорванное дыхание.
Все-таки я слишком неопытна – такого от него не ожидала.
И да – вид стоячего мужского члена вгоняет меня в дурацкую алую краску. Я не могу это контролировать, не могу взять под контроль реакцию своего тела.
И не могу не признать, что…
Я сбита с толку и возмущена его наглостью, тем, с какой легкостью Лейтон ломает все грани дозволенного, но одновременно с этим…
Мне любопытно – и я ничего не могу с этим поделать.
По своему миру мне были знакомы поцелуи и даже что-то, что я по наивности называла страстью. Однако, до такого ни разу не доходило.