— Ну да… — неохотно согласился я. Логика в его словах была. Наверное он прав. — А оружие когда выдадут-то? Твоя «Сайга» — это хорошо, а мне что, палкой махать?
— Не знаю. Но думаю, не сегодня. У тебя же от… от ТОЗа патроны есть? — он еле удержался, чтобы не сказать «берданы».
— Есть. С дробью, мелкой. На уток, в общем.
— Ну вот и славно. Пока хватит. Поехали домой, перекусим, обсудим с бабами, а потом сразу на пост.
Вернувшись, мы собрались на кухне — я, Аня, Андрей, Маша. Генератор в яме у Андрея урчал, давая свет и заряжая телефоны — последние ниточки к прошлому миру. Обсуждали произошедшее без истерик, но и без особого азарта. Скорее, с мрачным принятием. Взрослые люди, мозги на месте, но шок никуда не делся — он просто принял форму отстраненного любопытства, приправленного щепоткой страха.
— Ну а что, не всё так печально, — разливая по кружкам крепкий, бодрящий кофе, Аня пыталась найти плюсы. Голос её звучал нарочито бодро. — Книг у нас полно, люди грамотные, руки из нужного места растут. Многое можно наладить. Главное — защита. А то мало ли, в какое время мы попали. Варяги там, или печенеги…
— Главное, чтобы не к динозаврам, — Андрей пододвинул к себе чашку. — С ними точно не договоришься. Ни патронов, ни дроби не хватит.
— Кстати, о штабе, — спросил я, отламывая кусок вчерашнего хлеба. — Кто там у руля? И что решили насчет… ну, всего?
— Я знаю только казачью часть, — Андрей отхлебнул кофе, морщась от горечи. — У нас теперь всё по-настоящему, как встарь. Атаман, устав, караулы… Шашки, правда, пока только на словах «наголо». А насчёт штаба… Народу набрали, как на парад. Дел — выше крыши. Честно? — он потер виски, — я до сих пор не верю. Вроде всё вижу, руками трогаю, но в голове мысль: щас проснусь. И будильник орет, и на работу опаздываю… А вокруг… — он махнул рукой в сторону окна, за которым лежал непонятный мир.
— Ты не один, — тихо сказала Маша, обнимая себя за плечи. — У меня то же самое. Ощущение… как во сне тяжелом.
— А вы смотрите на это иначе, как на подарок судьбы! — Попытался я влить оптимизма, но, поймав на себе три пары удивленно-непонимающих глаз, замолчал. Не время.
— Хорош подарок… — Андрей поднялся из-за стола, криво усмехнувшись. Он машинально провел ладонью по лысому черепу. — Поехали, Вась. Шесть скоро. Опоздаем — Петрович кожу сдерёт.
Через несколько минут мы подъезжали к тому месту, где раньше гордо уходила вдаль асфальтовая лента трассы. Теперь здесь, у подножия одиноко торчащей стелы с названием села, стояла хорошенько пожившая «Нива». Возле неё курили двое мужиков предпенсионного возраста, лица напряжённые, оружие (дробовик и старый карабин) наготове.