— Да ладно тебе… — он зевнул во весь рот и глянул на часы. — Я уже три часа кемарил… Почти. Дай сменить тебя.
Три часа⁈ Я мельком глянул на одометр и обомлел. Пока я витал в мыслях и завидовал, счётчик накрутил почти сотню километров! Время пролетело незаметно.
— Погоди-ка… — решил принять предложение поспать. Мигнул аварийкой идущему позади пикапу, принял чуть вправо и плавно остановился, подняв облако пыли. Пикап встал рядом.
— Ну наконец-то! — Олег буквально вывалился из кабины и отбежал в сторону, пошатываясь. — Я уж думал, ты до вечера нас тащить будешь!
— Пить надо меньше, Олег, — следом, неспешно и с явным усилием, вылез Андрей. Он потянулся, хрустнув спиной. — Пока ехали, он почти пятилитровую канистру воды уговорил… Сколько ещё до дома-то, Вась? Лицо его выражало усталость и надежду.
Первоначальный план — идти вдоль Урала до устья Кумачки — по ходу пришлось переиграть. Точного ответа у меня не было.
— Не знаю, Андрюх, честно, — признался я. Держим курс, но точно не скажу.
— Вот те раз, — лицо Андрея помрачнело. — Скажи ещё, что с пути сбились.
— Нет, за это будь спокоен, — успокоил я его. — Мимо реки точно не проедем. А там уж сориентируемся. Ориентироваться по бумажной карте в изменившейся степи было адски сложно. Уверенность была только в высотах. Но наши степи — они обманчивы. Подъём такой плавный, что вершину замечаешь, только когда уже на ней стоишь.
— Что-то мне не очень хочется к Уралу… — мрачно пробормотал Андрей, глядя куда-то в сторону горизонта. Я его понимал. После того, что мы видели у озера, любая вода вызывала подсознательный ужас.
— Ну да. Но нам к самой реке и не надо, — попытался я говорить бодрее. — Так… держать её в поле зрения, чтобы с пути не сбиться. Главное — пушки под рукой, и по сторонам смотреть. В оба.
Мои слова «успокоения» прозвучали фальшиво даже для меня самого.
— Ну и чудно, — Леонид уже обходил УАЗ, направляясь к водительской двери. — Я тогда за руль. А ты, Вась, отдохни. Как к реке выйдем — разбужу. Дозор будешь нести.
Спорить не стал. Как тормознул, усталость навалилась такая, что кости ныли. Молча кивнув, залез на заднее сиденье, забитое мешками и трофеями, устроился поудобнее среди этого хаоса и… провалился в сон ещё до того, как машины тронулись.
— Ну всё, хорош дрыхнуть… — чей-то голос прозвучал прямо у уха, резкий и настойчивый. Мне показалось, что прошло всего мгновение. Но открыв слипшиеся глаза, я увидел за окном неяркий, почти спустившийся к горизонту багровый диск солнца. Закат? Значит… мы проспали весь день?
— Что? Уже приехали? — прохрипел я, с трудом отлепляя язык от нёба. Голова была тяжелой, ватной.