— Теперь понятно, — кивнула Лиза. — Я в арбалетах не особо разбираюсь, — она подчеркнуто добавила: — так как в нормальном оружии. Но наслышана. Вы же у старика Вяткина купить хотите? Через крыльцо?
— Ну, наверное, его, — махнул я головой в сторону соседней лавки. — А чего наслышана? Что-то не так?
— Да всякого, — она замялась, бросив быстрый взгляд на отца. Тот перелистнул страницу с громким шуршанием.
— А именно? — настаивал я.
— Ну, если коротко… Человек он… своеобразный. Странный. Но дело своё знает. Плохого про его товар не слыхала. Качество — на уровне. Многие специально приезжают к нему, заказывают. Его самострелы ценятся.
— Странный — это ещё мягко сказано, — фыркнул Леонид. — По мне, так больной какой-то… Если вообще не маньяк. Ходит чуть не в трусах, с шарфом в такую жару, на посетителей чуть ли не рычит!
— Да какой из него маньяк? — отмахнулась Лиза. — Нормальный он мужик. Просто жизнь его… потрепала сильно. Очень сильно. Вот и… — она не закончила, снова взглянув на отца.
Выяснять подробности биографии «не маньяка» я не стал. Вечерело, время поджимало.
— Так всё же, — вернулся я к сути. — Стоит его поделка ружья? Или дорого дерет?
— Ну тут уж сам решай, — пожала плечами Лиза. — Он у нас тут монополист в своем деле. Какую цену хочет, такую и ставит. Но вообще, дешево не торгует, насколько я знаю. Скупой. Дорожит своим трудом. Так что… ружьё за добротный арбалет — может, и нормально. Смотря какое ружьё.
— Ясно. Спасибо за информацию, ты нам очень помогла, — искренне поблагодарил я.
Мы вышли на улицу. Лиза последовала за нами, притворив дверь магазина. Мы спустились с крыльца в начинающиеся сумерки. Воздух стал прохладнее, запахи базара — дым костров, жареного мяса, пыли — смешались в густую вечернюю смесь. Я колебался секунду, собираясь с духом. Риск был велик, но альтернативы не видел.
— А можно ещё вопрос? — повернулся я к ней. — Если хочешь, можешь не отвечать. Никаких обид.
Она насторожилась, её глаза сузились. В сумерках её лицо казалось бледнее. Наверное, решила, что речь пойдет о чем-то личном — о ней, о чувствах… Девушка слегка покраснела, едва заметно.
— Ну ты задай сперва, а там я решу… как-нибудь, — ответила она, стараясь сохранить безразличный тон, но не очень успешно.
— Я, точнее мы с Лёней, — я кивнул на товарища, который внимательно наблюдал за происходящим, — хотим пообщаться с теми людьми что пришли с караваном. Ты ведь их знаешь? Или знаешь, как к ним подступиться?
Лиза замерла. Буквально окаменела. Весь её легкий румянец мгновенно сошел. Она побледнела так, что даже в сумерках это было заметно. Глаза расширились, в них мелькнул чистый, животный страх. Она резко оглянулась на дверь магазина, потом быстро скользнула взглядом по вечерней толпе, снующей мимо.