— А что мне сказать? Мне предельно ясно дали понять, что мое мнение здесь ничего не стоит.
Он раздраженно выдохнул.
— Я ничего подобного не говорил. Ты сама вкладываешь слова мне в рот.
Она прикусила губу, чтобы не сорваться на оскорбления. Гнев опалял грудь, и ей стоило огромных усилий не убежать прочь.
— А как еще я должна себя чувствовать, когда меня держат здесь как пленницу?
Валлек тяжело и протяжно вздохнул.
— Ты не пленница. Это лишь временно.
Равенна оскалилась в горькой улыбке.
— Пока ты не возьмешь жену, хочешь сказать? Которую из них ты выберешь?
— Все не так просто, — прорычал он.
— Два дня назад все было просто.
— Было! — выплюнул он. — Но два дня назад я не знал, что моя собственная пара прячется у меня под носом! — Он сократил расстояние между ними, нависая над ней. — Зачем ты скрывалась? У нас было три года, чтобы во всем разобраться!
— Прости, что я так некстати влезла в твое политическое расписание. Я вообще не собиралась попадаться. Ты сам решил, что я — препятствие, которое нужно преодолеть.
— Ты не… — Он в сердцах запустил руки в гриву. — Опять ты за свое!
— Я — помеха, — настаивала она. — Мы оба это знаем. Ты надеялся жениться на одной из тех орчих, возможно, даже найти среди них пару. Это было бы просто и легко. А теперь…
Его лицо осунулось, и у Равенны внутри все перевернулось: она поняла, насколько попала в точку. Но правота не принесла радости. Напротив, было тошно.
— Зверь сам выбирает пару. Все орки знают это и уважают, — сказал он.
— Это не поможет тебе заключить союз с Хротгаром.
Валлек не ответил сразу. Он задумчиво разглядывал ее. Его большая ладонь поднялась, и кончики пальцев нежно коснулись ее щеки, вызывая трепет в груди. Даже сейчас, посреди ссоры, его прикосновение так легко возбуждало ее. Это злило больше всего.
— Почему ты пряталась от меня? — спросил он тихо и серьезно.
Ответов было много. И ни одним из них она не хотела делиться. Равенна молчала, кусая щеку изнутри. Когда он понял, что ответа не будет, его взгляд стал жестким, почти стальным. Пальцы на ее щеке оставались теплыми, но само прикосновение стало холодным.
— И что мне делать? — спросил он, поглаживая ее кожу большим пальцем. — Наверное, я найду способ удержать и жену, и пару. Короли ведь должны быть эгоистами, верно?
Равенну передернуло, и она отстранилась.
— Не будь жестоким.
— Я практичен, как и подобает королю. Ты как пара удовлетворишь моего зверя. Дочь Хротгара обеспечит объединение. — Он говорил это так небрежно, словно все это имело смысл, — она знала, что он специально ее задевает. Она ранила его своим молчанием, и теперь он бил в ответ.