Кожаный переплет, потертый от частого использования, — эта книга была ее величайшим сокровищем после плаща. Они с Эйн годами заполняли страницы рецептами, схемами вязания, наставлениями и даже короткими заклинаниями, помогавшими Равенне направлять магию. В этой книге были сосредоточены все знания ее матери. И теперь она была у него.
— Верните ее, — сказала она, понимая, что совершает ошибку, но не в силах сдержаться.
Ульрих иронично вскинул бровь.
— Странная книга. Я забираю ее для более тщательного изучения.
— Нет! Это пустяки, просто рецепты!
— Тогда не о чем волноваться. Если она и впрямь так безобидна, скоро получишь ее обратно.
Его взгляд был полон яда, несмотря на ухмылку. Его торжество было отвратительно, и Равенна напрягла каждую мышцу, чтобы не броситься на него, как зверь. Теперь он ее враг — она выжжет это знание на своих костях. Наступит день, и она увидит его падение. Магия покалывала кончики пальцев, требуя выхода, но Равенна лишь сильнее впилась ногтями в ткань плаща. «Не сейчас. Еще не время».
— Я этого не забуду, лорд-командующий, — произнесла она, с удовлетворением отметив, как пара воинов вздрогнула от ее слов.
Ульрих лишь нахмурился:
— Не тебе швыряться угрозами, женщина.
— Это не угроза. Это обещание.
— Хм. — Он кивнул своим людям. — Уходим.
Воины вышли четким строем — разительный контраст с тем хаосом, который они оставили в ее комнате. Ульрих шел последним; он задержался лишь для того, чтобы взяться за изувеченную дверь.
— Жди вестей, — бросил он и потянул дверь на себя.
Она не закрылась: сломанная защелка не держала, оставив щель и дыру на месте замка.
Равенна стояла, дрожа всем телом, посреди руин своей комнаты. В коридоре слышались приглушенные голоса — должно быть, шум всполошил всех слуг, но никто не осмелился постучать. И ладно. Ей не нужна была ничья жалость.
Равенна стояла среди разбросанных вещей, по ее лицу покатились слезы — злые, обжигающие слезы, которые были горячее летнего зноя. Ноги подкосились, она опустилась на пол и спрятала лицо в складках плаща.
Она заставит его заплатить. Клянусь богами, лорд-командующий получит в своей комнате нечто куда похуже пауков.
6
Следующие три дня крохотная комната Равенны, как и стены ее и без того тесного мирка, начали сужаться. Хотя лорд-командующий больше не появлялся, она чувствовала его присутствие на каждом шагу.
Стоило ей покинуть ставшую небезопасной опоганенную спальню, как она оказывалась под явным надзором. Стража не ходила за ней по пятам, но неизменно следовала в нескольких шагах позади — и в трапезную, и на прогулку. Когда она попыталась выскользнуть на свой любимый базар, один из гвардейцев преградил ей путь: