Отступив, Равенна отложила свой топор, после чего позволила топору Ифеллы с лязгом упасть на камни. Затем она убрала магию.
Она протянула руку.
Ифелла с ухмылкой приняла её и крепко сжала, поднимаясь на ноги. С искоркой в глазах орчанка произнесла:
— Хорошее напоминание для всех нас: никогда не недооценивай противника. Даже маленького.
Равенна улыбнулась.
— Маленькие обычно кусаются больнее всего.
— Это точно.
Ифелла встала рядом с Равенной, ожидая других претендентов, но, похоже, толпа на сегодня уже насытилась зрелищами.
Равенна встречала их любопытные взгляды с гораздо большей надеждой, чем когда только вошла в базилику. Она видела меньше подозрительности и шока — и даже, смела ли она надеяться, каплю уважения? Она знала, что потребуется нечто большее, чем эта скромная демонстрация, чтобы окончательно завоевать их, но начало было положено.
Когда больше никто не вышел, Равенна оставила Ифеллу и вернулась на помост.
По мере её приближения разноцветный свет из огромного витражного окна за троном окутывал её своим теплом. Её пара отбрасывал внушительную тень, перекрывая свет широким размахом плеч. Даже сквозь сияние она видела и чувствовала, как он улыбается ей, и его взгляд был полон гордости.
Равенна улыбнулась в ответ, буквально сияя. В свете Базилики Ниневар впервые за долгое время Равенна почувствовала, что её по-настоящему видят.
Легким движением плеч она расправила крылья.
По базилике пронеслись вздохи, когда её крылья поймали свет. Она чувствовала, как тепло разливается по тонким мембранам, отбрасывая цветные фракталы на ступени за спиной. Трепеща крыльями, она позволила им искриться в лучах солнца.
Равенна приняла руку, которую Валлек протянул ей, и снова встала рядом с ним перед троном. Купаясь в свете, он одарил её страстным поцелуем, вдавливая клыки в её щеки.
Под гром аплодисментов он повернул их лицом к толпе, обняв за талию и прижимая к себе.
— Ваша королева!
24
К тому времени, как все вызовы были приняты, клятвы произнесены, а праздничный пир съеден, двор казался куда более благосклонным к тому, что их король взял в жены фэйри. По крайней мере, в ту ночь все были слишком сыты или пьяны, чтобы это их заботило.
Пир начался в полдень и затянулся до глубокой ночи, превратившись в традиционное орочье гулянье: с громкими песнями, неистовыми танцами и хвастливыми пари. Валлек сидел за столом на помосте рядом со своей парой, взирая на всё это с весельем и долей облегчения. Он знал, что день закончится хорошо, но видеть, как всё воплощается в жизнь с минимальным кровопролитием, было истинным удовольствием.