— Если выиграю я — ты спишь в моей постели со мной. Без возражений.
Равенна фыркнула.
— А что получу я, если выиграю?
— Тогда я буду спать в своей постели с тобой.
— Хм. Хрен редьки не слаще, — она смягчила колкость лукавым подмигиванием.
С глуповатой улыбкой Валлек промурлыкал:
— Значит, придется приправить чем-нибудь повкуснее. Я справлюсь.
15
Равенна проснулась от запаха, звука и тяжести своего азаи. Хотя она не засыпала, прижавшись к его массивной груди, находка не стала для нее полной неожиданностью: за ночь ее явно перетянули на другую половину кровати.
После приятного вечера за игрой в талфон и заключения сделок она согласилась лечь с ним в одну постель. На своей стороне. Его легкое согласие тогда показалось подозрительным, и теперь, медленно пробуждаясь от обжигающего тепла его обнаженной груди у себя за спиной и тяжелой руки, по-хозяйски перекинутой через талию, Равенна утвердилась в подозрениях: он и не собирался оставлять ее в покое.
Было так уютно, что трудно было собрать в кулак истинное недовольство. Напротив, инстинкты, велевшие свернуться калачиком рядом с этим большим и сильным самцом и никогда его не отпускать, были более чем довольны. Она того и гляди сама начнет мурчать, совсем как он. Инстинкты Равенны вели себя как распутницы, стоило Валлеку оказаться рядом.
Сентиментальное сердце тоже не помогало. Этим утром она проснулась в новой реальности. Вчера Валлек пошел на уступки, и хотя ее передвижения все еще были ограничены, он дал немало обещаний. Что не возьмет в жены орчиху. Что хочет быть с ней. Все это до сих пор звучало дико для всех, кроме ее глупого сердца. Королю в шатком политическом положении не стоило давать подобные клятвы. Но он их дал. И она бережно хранила их внутри.
Равенна слишком хорошо знала, что не стоит полагаться на обещания и надежды. Клятвы редко живут долго, а надежда может быть обманчивой. И даже сокрушительной. Но это не мешало ее мягкой стороне надеяться. Она жаждала того, что он посулил. Когда ее красавец-орк не бывал непробиваемо туп, он мог быть весьма очарователен. К нему ее влекли не только инстинкты — впервые за несколько дней она оказалась в компании того мужчины, которым привыкла восхищаться за годы дружеских бесед и добрых шуток.
Прежний Валлек, тот, что не знал ее истинного лица, был ей в некотором роде другом. И она скучала по этому другу все последние дни так же сильно, как ее магия скучала по азаи, пока тот был в отъезде. Его возвращение успокоило и порадовало ее так, как ничто иное.
Но это не значило, что она может доверить ему свои планы. Узнай он, что она намерена лично вырезать сердце Амаранты, он запер бы ее навеки. Но… возможно, она могла бы доверить ему малую часть. Возможно, только возможно, она добьется мести быстрее, если будет на его стороне. В его постели.