Выйдя из-за спин Асты и Маттиаса, Равенна предстала перед гонцом. Аста шикнула, пытаясь схватить ее за руку, но Равенна уклонилась и подошла к самой лодке.
У кромки воды она посмотрела фэйри прямо в глаза и твердо произнесла:
— У нас нет того, кого вы ищете. Но ваша королева заберет меня вместо нее.
Фэйри окинул ее оценивающим взглядом, в котором сквозило подозрение.
— Сама убийца пришла договариваться?
— Я та, кто нужен вашей королеве. Преступница, которую она ищет.
Казалось, фэйри побледнел еще сильнее.
— Ты…
— Мое имя — Равенна Иллиния, и я предвидела смерть Амаранты.
36
Это был самый долгий день в жизни Равенны. Когда над заливом Дайфан взошло солнце, она проводила взглядом лодку с гонцом фэйри — тот вез ее условия Амаранте. Если бы Равенна верила, что это поможет быстрее освободить Валлека, она бы сама запрыгнула в лодку, но Амаранта была слишком коварна для таких честных сделок.
Равенне пора было начать действовать с умом.
Она направилась обратно в лагерь под присмотром Асты, Маттиаса и Оберона. Наверху, у центрального костра, столпились берсерки. Одни подозрительно следили за водой, другие провожали ее такими же настороженными взглядами.
Прежнее напряжение утихло, и Равенна больше не чувствовала прямой угрозы от воинов. На лагерь легла тень скорби; горечь поражения остудила пыл и заглушила крики. Эти гордые воины из самого прославленного отряда проиграли.
Но это не было их виной.
Почувствовав потребность высказаться, Равенна взобралась на пень. Это прибавило ей роста — теперь она была едва выше Маттиаса, но выбирать не приходилось.
— Я знаю, воины не любят ждать, но сейчас это необходимо. Я рассчитываю, что королева фэйри примет условия обмена. Я с радостью займу место Валлека.
Берсерки зашептались, некоторые одобрительно кивнули.
— Будьте готовы выступить в любой момент: вести могут прийти когда угодно. — Равенна обвела взглядом самых верных бойцов Валлека, и сердце ее сжалось при виде их отчаяния. — Простите меня, — прошептала она, а затем добавила громче, — мне жаль, всё должно было… я хотела, чтобы поход прошел иначе. Вся ответственность на мне, и я всё исправлю.
Она надеялась, что их гул означает согласие, но задерживаться не стала. Спрыгнув с пня, она вернулась к Асте и Маттиасу.
Сдержанный кивок Асты придал ей немного сил. Немного, но большего Равенна и не заслуживала.
— Они оценят твои слова, — сказала орчанка.
— Я не бросала слов на ветер. Я верну его, Аста.
— Он бы не хотел, чтобы ты отдала себя взамен, — призналась женщина. — Он никогда нас не простит.
— Его здесь нет. — Равенна сглотнула подступивший к горлу ком. — И выбор за мной.