— Вернись к Хротгару. Возьми в жены одну из его соплеменниц. Если тебе так нужна эта прорицательница — оставь ее, но сделай это ради нашего народа. Нашего королевства. Ради всего, над чем мы трудились!
Валлек оскалил зубы. Боги, как же он раньше не замечал, как часто Ульрих повторял: наше королевство, наши планы, наша работа. Валлек ценил вклад других, особенно Ульриха, в дело объединения, но ему совсем не нравилось, как его друг заявлял на это права. И уж тем более то, как он оскорблял Равенну.
Ульрих не смог бы сделать того, что сделал Валлек. Он не бросил вызов Мордису, дрожа за собственную шкуру. Он не умел очаровывать политиков, вождей и соперников. Ульриху не хватало харизмы, ума и амбиций, чтобы стать королем, не говоря уже о том, чтобы сплотить все кланы.
Но судя по тому, как он говорил, Валлек будто вырывал трон из рук самого Ульриха. Малодушно ли было так думать? Мелочно? Да. Но он устал от вечного нытья Ульриха, от его навязчивого желания контролировать каждый шаг Валлека. Здесь король он. Берсерки это знали. Фулк Каменнокожий и вожди всех восточных племен это знали. Пора бы и Ульриху это уяснить.
— У меня будет только она, Ульрих.
— Да будь же ты благоразумен! Она разрушит все, что мы сделали!
Встряхнув Ульриха за ворот, Валлек прошипел:
— Будет так, как я сказал. Зверь выбрал, и я выбрал тоже.
Глаза Ульриха потемнели, на лице отразилось чувство глубокого предательства.
— Ты предаешь все наше дело, все наши…
— Я беру то, что обещано богами: жизнь со своей парой. Ты ставишь под сомнение волю своего короля? Волю самих богов?
Поджав губы, Ульрих вырвался из хватки Валлека.
— Она тебя околдовала. Отравила твой разум так же, как отравила мое тело.
Валлеку не понравился этот блеск прозрения в глазах Ульриха. В них горел какой-то неестественный свет, и Валлек поднялся во весь рост.
— Послушай меня, Ульрих. Я терплю это оскорбление только потому, что ты мой друг, но так будет не всегда. Она станет моей женой, и тебе, как и всему народу, придется с этим смириться.
Толкнув Ульриха обратно на сиденье и швырнув ему на колени флягу, Валлек вышел из шатра. На душе было скверно, и ему требовался свежий воздух. Если Ульрих не может уважать его выбор — и как короля, и как друга, — значит, пришло время подумать о новом лорде-командующем.
19
Несмотря на все успехи, обратный путь был куда тяжелее. Много дней ушло на то, чтобы закрепить власть над восточными племенами и убедиться, что каждое из них отправило своих представителей в Балмирру. Валлек твердо напоминал: это послы, а не заложники. Объяснение дальнейших шагов по объединению заняло больше времени, чем планировалось, и к тому моменту, когда под ногами снова оказалась дорога домой, над ними нависла угроза позднелетних дождей.