Да где его тут взять прикажите?!
Здесь из самопалов палят, а я ими только в детстве баловался. Порох бездымный не сделаю, патронный капсюль тоже, ибо не знаю как нитроцеллюлозу с гремучей ртутью сварганить. Вот стрелять из здешних фузей, пищалей, аркебуз и мушкетов смог бы легко, не велика наука — достаточно примитивное оружие. Да и тюнинг им провести, видел в музеи эти бандуры — смотреть без слез жалко. Пулю Нейслера и Минье отлить не проблема, над ружейным замком поколдовать можно. Пороховые мины смогу соорудить при случае, рвануть что-нибудь, тот же мост — правильно рассчитать нужно, порох слабоват для взрывчатки, далеко не тротил.
Только в наемники мне и осталось подаваться — землю пахать и за скотом ухаживать не умею. Саблей орудовать можно научиться, как и кинжалом — раньше у меня просто насчет «холодняка» голова не болела, да и зачем, когда ствол под рукою. Так что только в инфантерию регулярную подаваться и снова в строю шагать.
Можно и в незаконное вооруженное бандформирование податься, туда, где «огнестрел» есть. Хм, а ведь странный термин — если незаконное, то значит есть вполне законная банда, вооруженная до зубов. Не иначе как государственная структура какая, а то сама и власть. Вроде этих татар — они не войско, а именно банда, причем с такой сталкиваться крайне опасно. Даже казаки в крепости не смогли от них отбиться. Так что хрен сбежишь от этих бандитов, в любой момент убить могут».
Юрий тяжело вздохнул — такая вот у него печальная судьба стала, в которой положение аховое, статус самый «подлый» — чисто рабский, и почти никаких перспектив…
Апокриф 2
Луцк
Князь Владимирский, Луцкий
и всей земли Волынской
Владимир Львович
2 апреля 1340 года
— Княже, беда! Король Казимир с полками Галич занял!
— Как такое случилось?!
Владимир Львович от страшного известия чуть не подскочил с кресла — но тысяцкому Роману Гнездо поверил сразу. Доверенный человек «короля всея Руси» Льва II Юрьевича, он и ему, сыну, служил преданно. Жаль только, что сил за ним, с того самого рокового дня 1323 года, когда в битве с литовцами у реки Ирпень погибли отец и дядя, у него не осталось — в жестокой сече полегла вся галицко-волынская дружина.
Он не прокняжил в Галиче и года — Боярский совет по наущению тысяцкого Дмитрия Дятьку призвал на княжеский стол сына мазовецкого князя, по имени Болеслав, что был ему двоюродным братом — его мать приходилась отцу Владимира родной сестрой. Так что впервые княжеский стол перешел к правителю по женской линии, и на то были веские причины.
Мазовецкие князья считались в Польше одними из самых сильных, и галичские бояре рассчитывали, что с помощью поляков сумеют отстоять Волынь от притязаний Великого князя Литовского и Русского Гедемина. Под их давлением Владимир Львович, не желая кровавой междоусобицы, удалился в Луцк, но при этом не отрекся от королевского и княжеского «стола», в результате чего сохранил номинальную власть.