На следующий день после моего прозрения мы пошли обедать с моим другом Бобом Палмером, который прихватил с собой приятеля по имени Джордж. Они собирались взять меня на первое в моей жизни собрание по программе «Двенадцать шагов».

Я был в каком-то оцепенении – желание выпить просто исчезло. Официант пронес через зал поднос с бокалом красного вина. «Надо же, – подумал я, – а ведь когда-то я это пил».

– Как ты себя чувствуешь? – спросил Боб.

– Каким-то ущербным.

– Так и есть, – сказал он.

Меня это просто размазало. Боб объяснил, что силы мои ничтожны: я не могу предсказать даже того, что произойдет в ближайшие три минуты. В этом кроется неподдельный ужас, но в этом же – и свобода, если мы готовы ее принять.

На первом же собрании АА меня до глубины души тронул рассказ одного из выступавших. «Он точно такой же, как я», – подумалось мне. Тот парень работал не актером, а дальнобойщиком, но мы были одной породы. Меня что-то связывало с каждым человеком в той комнате: мы были пьяницами, которые больше не хотели пить. Я сидел и думал: «Они все такие же неприкаянные изгои, как и я. Как мы все. Вечное ощущение, что ты везде чужой. Ненависть к себе. Все мы слеплены из одного теста. Я не один».

Я то и дело обращался к Бобу за советом. Он говорил: «Просто не дергайся. Не усложняй. Ходи на собрания. Будь на связи. Хочешь – звони мне хоть каждый день. Держись подальше от всяких гуру и мистиков. Ты обычный человек с кучей недостатков. Как и все мы. Не гони с "Двенадцатью шагами". Получай удовольствие от работы. От кофе. От этой самой минуты».

И наконец до меня дошло. Я ведь хотел побороть свою слабостьсам . Мне была не нужна помощь. Старое доброе эго рвалось порулить. Но потом другая моя сторона – та, что поразумнее, – сказала: «Просто ляг и заткнись. Дай кому-нибудь помочь тебе подняться».

Мне вспомнился старый анекдот. Подплывает акула к рыбе и спрашивает: «Ну, как сегодня вода?» А та отвечает: «Какая еще "вода"?» Это было про меня – ведь я вдруг стал замечать вокруг себя то, чего в упор не видел. И стоило мне принять это вместо того, чтобы продолжать все отрицать, как вся моя жизнь изменилась.

В один из первых своих трезвых дней я ехал по Лос-Анджелесу и вдруг ощутил непреодолимую тягу остановиться – прямо у католической церкви. Внутри я застал молодого темнокожего священника, который шел к себе в кабинет.

– Можно с вами поговорить минутку? – спросил я.

– Да, заходите, – ответил он. – Чем могу помочь?

Я сказал:

– Я нашел Бога.

– Мои поздравления, – сказал он. – Это называется благодать. Вам нужно было выбрать между жизнью и смертью – и вы выбрали жизнь. Бог все это время был рядом и задавал вам один и тот же вопрос. Он просто ждал, когда вы наконец примете решение.