Минуты через три меня накрыло отчаяние: насколько я мог судить, режиссер не удосужился хоть сколько-нибудь подготовиться. Он, похоже, понятия не имел, как ставить что бы то ни было.

Я проделал путь в 5000 миль за свой счет – и теперь должен был быстро решить: развернуться и лететь 5000 миль обратно или остаться и проявить истинно британскую невозмутимость.

После репетиции, когда я выходил из здания, Джулиан Феллоуз предложил меня подвезти. Когда он высадил меня у моего нового жилья на Редклифф-Гарденс, я предложил ему зайти познакомиться с Дженни.

За кофе он решил прощупать почву:

– Ну и что ты думаешь обо всей этой лавочке? Об утренней читке и так называемой репетиции после обеда?

– А что такое? Что-то не так? – спросила Дженни.

Джулиан расхохотался.

– О да. Полная катастрофа. Режиссер из породы ленивых шарлатанов, лелеет свою драгоценную тупоголовость, ну, знаешь, в духе «давайте просто весело проведем время». Твой муж выглядел так, будто готов его убить.

Он повернулся ко мне.

– Скажешь, нет?

– Скажу – да, – признался я.

– Я тебя не знаю, Тони, – могу я называть тебя Тони? – и ты можешь выставить меня за дверь, если тебе не понравится то, что я скажу, но знаешь, почему там творился весь этот балаган?

– Нет. И почему же?

– Из-за тебя.

– Что ты имеешь в виду?

– Зачем ты строишь из себя хорошего парня? Вежливого, покладистого. Режиссер совершенно ничего не проработал, а это его прямая обязанность – подготовиться и создать хотя бы видимость порядка. Он палец о палец не ударил, а ты – ты просто плыл по течению, будто боялся раскачать лодку.

– Я что, правда так выгляжу? – спросил я.

– Да, и сам прекрасно это знаешь, – ответил мистер Феллоуз. – Это игра. Только тебе не надо играть в такие игры. Ты слишком хороший актер для этого. Мы не были знакомы, но я тебя видел – и на сцене, и на экране. Ты совсем не тот, кем прикидываешься. Это ложная скромность. Ты – хищник. И не надо притворяться кем-то другим. Прими свою природу, сделай ее козырем и наслаждайся этим.

А что до этого режиссера-шарлатана, с которым нам предстоит работать, – либо уходи, либо меняй правила игры. Он играет по своим правилам, в игру под названием «мне на все плевать». И ты имеешь полное право уйти – или начать играть по-своему. Не забывай, что актеров часто презирают – кого-то, может, и заслуженно, но в основном люди им просто завидуют, ведь на экране твое лицо, а не их. Ты понимаешь, о чем я. Хотя, конечно, довольно нахально с моей стороны давать непрошеные советы.

В тот момент я понял: я хочу, чтобы мы стали друзьями на всю жизнь.