– Что мне делать дальше?

– Учиться на опыте, – ответил он. – Просто продолжай учиться. Не забивай себе голову лишним – делай свое дело. Пойми, совершенства не достичь. Просто старайся изо всех сил.

Я принял его слова близко к сердцу – и как актер, и как человек. И по сей день я верю в движение вперед. «Надо просто делать свое дело» – мой универсальный ответ на большинство проблем, и чаще всего он оказывается верным.

В 1963 году, в последнюю неделю выпускного семестра, я подал заявку в лестерский театр. Пришел ответ: «Прослушивание на Сент-Джайлс-сквер». Я явился, познакомился с режиссером, и тот нанял меня прямо на месте. Так в лестерском театре Phoenix началась моя первая по-настоящему профессиональная работа – на этот раз никаких обязанностей помощника завсценой в нагрузку.

Мне посоветовали комнатушку в паре миль от центра Лестера – за такие скромные деньги вполне сносную. Тогда это называлось «бедсит»: кровать, кресло, закуток за занавеской, чтобы вешать одежду. И газовый камин для обогрева комнаты.

Phoenix входил в Мидлендскую группу[37] и был новым репертуарным театром с двухнедельным циклом постановок. Для 25-летнего валлийского парня из Порт-Толбота – вполне себе неплохо. Размещался театр в новом муниципальном здании – это был авангардный проект с залом на 250 мест и выдающейся в него сценой, достаточно камерный для пьес Гарольда Пинтера и Арнольда Уэскера[38] .

Для торжественного открытия Phoenix выбрали «Сваху» Торнтона Уайлдера – фарс о неугомонной кумушке Долли Галлахер Леви, всюду сующей свой нос. (Позже из этой пьесы сделали куда более известный мюзикл – «Хэлло, Долли!»[39] ) Мне досталась роль одного из официантов в ресторане Harmonia Gardens – сплошная буффонада и клоунада.

На репетициях режиссер Клайв Перри вдруг начал относиться ко мне с подчеркнутой враждебностью и пренебрежением. Игнорировал меня, когда я говорил «доброе утро» или пытался завести любой самый невинный разговор. А однажды утром, в среду, он набросился на меня как кот на мышь:

– Да что с тобой такое? Господи боже, играй ты хоть чуточку смешнее. Это, между прочим, комедия. А ты – просто деревенщина неотесанная.

Я принялся мысленно планировать его убийство.

В перерыве на кофе, когда я сидел за столиком в фойе театра, ко мне подошел один из актеров. Я мысленно занес его в категорию тех, от кого тоже не стоит ждать ничего хорошего.

Он поставил поднос на мой стол.

– Можно? – спросил он.

Я пожал плечами:

– Дело твое.

Через пару минут он представился:

– Дэвид. Дэвид Свифт. А ты Тони, верно?

– Энтони Хопкинс.