Помню, на какой-то постановке одному из ассистентов поручили неблагодарную задачу: после спектакля довести меня до гостиницы так, чтобы я не зашел ни в один бар. В итоге я просто таскал этого бедолагу за собой из бара в бар и с превеликим удовольствием напоил его в хлам. Позже этот парень стал знаменитым театральным продюсером – это был Скотт Рудин[66] . Но тогда он был просто ассистентом, который с треском провалил невыполнимую миссию – доставить меня в трезвости и сохранности – и получил за это нагоняй от начальства.
Как и дядя Джим, я превратился в одного из тех славных пьянчуг, которые вечно ищут приключений на свою голову. Что бы ни представлял собой алкоголизм – со всеми его симптомами и причудами, – у меня на руках оказался флеш-рояль. Стоило мне зарядиться, как я шел напролом, на всех парах, я Буксирщица Энни, я моряк Попай[67] , я такой, какой есть, и я – Тони-Тигр[68] , тигр, тигр, яркий свет, в валлийских чащах жуткий след[69] , я держу тигра за хвост. Я прохвост, иду вразнос!
Время от времени я приходил к выводу, что люди, «обеспокоенные» моим пьянством, правы и что было бы разумнее пить умеренно. А что, можно попробовать! Самодисциплина – вот ключ ко всему! Умеренность во всем. Сбавь обороты. Не гони. Фантастика. Я выпивал на вечеринке один бокал, потом второй, потом начинал подумывать о том, чтобы остановиться. А потом наливал себе третий – чтобы от души отпраздновать свое потрясающее благоразумие.
Большинство актеров в те времена слыли «гуляками» (то есть были буйными пьяницами). В этом списке сияли самые звездные имена: Питер О’Тул, Ричард Харрис, Оливер Рид, Ричард Бертон, Никол Уильямсон, Роберт Стивенс, Уилфрид Лоусон. Легендарные кутилы, шумные герои театра 1960-х, и каждый из них был невероятно талантлив. Я провалился в ту же кроличью нору. Вот только я не был компанейским выпивохой, пить предпочитал в одиночестве.
В 1963 году в британский прокат вышли «Дни вина и роз» – серьезный, мелодраматичный и довольно сентиментальный фильм с Джеком Леммоном и Ли Ремик[70] в главных ролях. Мне всегда нравился Джек Леммон. Он смешил меня до слез, особенно в фильме «В джазе только девушки» с Мэрилин Монро и Тони Кертисом. Понятия не имея о сюжете нового фильма, я пригласил девушку в местный кинотеатр в Лестере. Думал, мы посмотрим на игру Джека Леммона и от души посмеемся.
Был промозглый воскресный полдень. Вступительная песня показалась мне чересчур романтичной для комедии – слащавая голливудская мелодия, которую хор голосов делал еще более приторной. Музыка Генри Манчини, стихи Джонни Мерсера.«Стильно», – подумал. Я всегда обращал внимание на музыкальные титры – еще одна порция имен для моего мозга-картотеки и без того забитого всякими бесполезными сведениями.