Моя голова запрокидывается, будто в шее не осталось костей. Я задыхаюсь от смеха, сильнее запутывая пальцы в его волосах. Прижимая его к своей жаждущей киске, я трусь о его лицо. Ему всё равно. Он неистов. И он не останавливается, чтобы глотнуть воздуха. Не делает паузы, чтобы посмотреть на меня из-под ног с томной усмешкой и спросить: «Нравится, детка?» Он знает, что нравится. Знает, что я, блядь, обожаю это. И знает, что у него есть работа.
Каким-то чудом он умудряется высвободить мою правую ногу из джинсов и закидывает ее себе на плечо. Прижав одну из своих больших рук к моему бедру, он раздвигает меня шире. Я наполовину сижу на столешнице, скача на его лице, пока он погружает язык еще глубже. Дрожу всем телом, очередной оргазм уже поднимается гребнем на волне первого.
— О, боже... я сейчас снова кончу... подожди...
Этот оргазм не похож на теплую нарастающую волну, оставляющую меня легкой и тягучей. Он разбивает меня вдребезги. Я разлетаюсь на куски, заливая рот Джаспера своей неожиданной разрядкой, и снова вскрикиваю, подаваясь вперед и обвиваясь вокруг его головы. Он поглощает всё это, жадно посасывая мой пульсирующий клитор. Мои бедра сжимаются, удерживая его на месте, пока он снова вводит в меня два пальца, сгибая их внутри, вытягивая из меня саму мою суть и проглатывая меня целиком.
Когда он наконец останавливается, я чувствую себя опустошенной. В ушах звенит, пальцы дрожат, когда я ослабляю хватку на его волосах. Они в восхитительном беспорядке. Тёмные кудри выглядят так, будто их растрепал ветер. Он откидывается назад, усевшись на пятки, и жадно смотрит на меня снизу вверх. От такого взгляда любая девушка могла бы лишиться чувств. Его губы всё ещё влажные, а зрачки расширились так сильно, что почти полностью поглотили привычную штормовую серость глаз. Его крепкие ладони скользят вверх по моим бедрам, по-хозяйски властно и тепло, оставляя меня открытой для его взора.
Подавляю желание свести ноги вместе. Боже, под таким углом ему видно абсолютно всё. И от того, как он на меня смотрит, я чувствую себя беззащитной и задыхаюсь. Его большой палец пробегает по моим мягким волоскам, а затем снова опускается. Он надавливает на клитор, заставляя мои ноги дрогнуть.
— О боже... — Прикусываю нижнюю губу, чтобы сдержать всхлип. Затем он успокаивает меня мягким круговым поглаживанием. Мой бедный клитор всё еще пульсирует от оргазмов. Знаю, он тоже это чувствует. Самоуверенный придурок ухмыляется. Если заведет меня еще раз, то окончательно уничтожит.
Покойся с миром, Берди Роудс.