— Какая ненасытная маленькая смертная, — дразнит он. — Ничего, кроме члена, не подойдет, а? Чувствуешь себя пустой? Твоя бедная киска так по нему изнывает?
Его игры довели меня до того, что я готова визжать.
— Пожалуйста...
Всё ещё посмеиваясь, он опускает руки к ширинке, и я встречаю его там. Мы оба боремся, чтобы освободить его от ремня. Затем он стягивает расстёгнутые джинсы с бёдер, снимая и трусы, пока он не оказывается передо мной — необрезанный, гордый и очень твёрдый. Джаспер сжимает член в кулаке, поглаживая его от основания до головки.
— Иди сюда. — Он тянется ко мне, и я уже торопливо поднимаюсь на колени. Его свободная рука зарывается мне в волосы, притягивая к себе. — Отсоси мне. Сделай меня мокрым.
С облегченным мычанием я беру в рот его головку, облизывая его идеальный член. От первого же вкуса смазки на языке меня бросает в дрожь. Вот чего я хотела. Вот та разрядка, за которой я гналась. Свобода, блаженство. С ними обоими я чувствую себя в безопасности. С Дайном, чьи глаза всегда прикованы ко мне, всегда наблюдают. С Джаспером, чьи руки трогают меня, заводят и заставляют задыхаться.
— Блядь, какая хорошая девочка. — Джаспер толкается бедрами мне в рот. Кулак в моих волосах удерживает меня на месте, без слов давая понять, что он хочет, чтобы я взяла глубже. Опираясь одной рукой о мшистую землю, впиваясь голыми коленями в сосновые иголки, второй рукой я обхватываю его толстый ствол. Большим и указательным пальцами оттягиваю крайнюю плоть, обнажая круглую головку. Лижу ее, обводя языком.
— Плюнь, — рычит он. — Я сказал, сделай меня мокрым.
Боже, надеюсь, он останется таким же властным, когда его член будет внутри меня. Я плюю на головку, размазывая слюну еще одним поглаживанием большого пальца. Не дожидаясь разрешения, снова обхватываю его губами и беру глубже.
— Да. — Его бедра подаются вперед, и я замираю, позволяя ему трахать мое лицо, как он хочет, пока я просто пытаюсь сглатывать. Сделав несколько толчков, он отстраняется, хватает меня за руки и притягивает ближе.
Я тянусь к нему, но он продолжает меня разворачивать.
— Джаспер, что...
— Развернись, — рычит он мне на ухо. — Лицом к рейфу. Пусть он видит тебя.
Мои ноги широко раздвинуты, грудь обнажена, и мы оба всё еще на коленях посреди лесной поляны. Рейф наблюдает с десяти футов, по-прежнему упираясь руками в бедра. Его глаза светятся почти черным на ангельском лице.
Джаспер целует меня в шею, пока его руки скользят вниз по моим бокам. Добравшись до трусиков, он поддевает резинку двумя пальцами и дергает. Сильно. Я ахаю, когда слышу треск ткани.