Внимательно выслушав меня, она кивает и снова переводит взгляд на карту. Фиби сказала, что она историк, так ведь? Заметно, что она любит разбираться во всем до мельчайших деталей.
— Окей, здесь парень, похожий на священника, женщина и ребенок стоят на коленях и держат цветы, и... Я думаю, мужчина погиб. Да… его задавила лошадь. О, подожди-ка... — Она придвигает карту поближе и прищуривает глаза. — Это корона?
— Сейчас ты просто описываешь, что на ней изображено. — Выдернув карту у нее из рук, я кладу ее обратно на стойку между нами. — Я хочу, чтобы ты ее прочитала, Берди. Что ты чувствуешь? Что говорит твоя интуиция?
Она вздыхает, барабаня пальцами по столу.
— Кто тебя преследует? Что ж, вопрос серьезный. Ну начнем с того, что, наверное, я заменила бы «кто» на «что».
Из передней части магазина доносится мяуканье Пиклза. Но меня не волнует, что снаружи уже собирается очередь. Конечно, мы должны были открыться ещё пятнадцать минут назад, но они подождут. Происходящее становится по-настоящему интересным.
— Мне кажется, случится что-то... — Берди снова берет карту. — Что-то неожиданное... незапланированное и определенно нежелательное.
— Почему ты так думаешь?
— Потому что король мертв. — Она проводит кончиком пальца по фигуре короля, лежащего в траве. — Такое событие выбьет из колеи кого угодно. Из-за смерти одного-единственного человека разрушались целые империи. Это огромное бремя, которое приходится нести на своих плечах. — Опустив карту, она бросает на меня взгляд через стойку. — Ты вроде как король.
Я отшатываюсь назад, чувствуя, что эта совершенно незнакомая мне девушка смогла увидеть мою суть.
— Что?
Она обводит рукой магазин.
— Любой, у кого есть собственное дело, в каком-то смысле сам себе правитель. У тебя есть своя территория. Есть ресурсы, сотрудники, которые зависят от тебя, торговые связи с другими королевствами. Ты не понаслышке знаешь, что значит жить под грузом ожиданий, взваливать на себя чужие тревоги и заботы.
— Что ты имеешь в виду?
— Ну... к примеру, возьмем меня. — Она слабо улыбается. — Я пришла сюда прямо с улицы и умоляю тебя дать мне работу, пытаясь переложить мои проблемы на твои плечи. Это нечестно.
Проницательно. И верно. Чувствуя угрозу и пытаясь защититься, я скрещиваю руки на груди.
— Так что, теперь прочтение моей карты снова превращается в просьбу о работе?
— Нет, я совсем не это имела в виду, — говорит она с мягким смехом. — Вообще-то, думаю, сейчас я кое-что поняла. Это была идея Фиби — ворваться сюда, действовать напролом и вести себя так, будто эта работа уже моя. И, возможно, для нее это работает. Но только потому, что она твоя племянница, родная кровь.