Я кожей чувствую её игру. Меня раздражают её ужимки, стремление прикоснуться ко мне, к моему лицу, поцеловать. И эти её словечки «мой муж», «любимый», «единственный». Бред!
— И что тебе там делать? В том салоне? — недобро усмехаюсь я, разглядывая её лицо и красные пятна, что ползут по скулам. — Носи те платья, что я привёз тебе в прошлый раз из салона готового платья мадам Тюссо.
— Жена лорда ван Дердена не может носить готовые платья! — вспыхивает Этерия. — Хозяйка Драконьего уступа должна блистать…
— О чём ты? — я практически вышвыриваю её из гардероба Ники и запечатываю дверь родовой магией. — Ты не моя жена и не хозяйка Уступа. И никогда не будешь! Ты безродная Этерия Роман — гувернантка с образованием, любовница лорда, содержанка!
Злые обидные слова льются из самой глубины моей души. Я не забочусь о том, чтобы как-то смягчить правду. Довольно.
— Эрик! — вспыхивает женщина. — Любимый, что такое ты говоришь? Я… я же твоя Этерия! Я жду твоего ребёнка! Нашего… наследника!
— Нет, — рявкаю так, что она приседает от страха. — Ты ждёшь бастарда! Существо без магии и без зверя. Ты думаешь, я призна́ю этого ребёнка? Женюсь на тебе и введу под ручку в высший свет? Нет! Развею твои иллюзии, Этерия. Ты будешь матерью человечка, слабого и недостойного. Он не получит ни моего имени, ни моих земель. В лучшем случае — покровительство и содержание. Самое необходимое и ни монетой больше!
— Но… — тёмные, когда-то казавшиеся мне прекрасными глаза распахиваются от удивления. В карей радужке всё ярче разгорается ярость и ненависть. Этерия больше не в силах её скрывать. — Ты хочешь сказать, что запер меня на этой горе не для безопасности и не из-за страха за наследника. А потому не хочешь, чтобы кто-то знал обо мне и ребёнке?
Ну наконец-то. Дошло. Так даже лучше.
Если у госпожи Роман не будет больше никаких иллюзий, моя жизнь станет проще. Не придётся постоянно выслушивать её восторги о своём будущем статусе леди. Потому что его просто не будет. И ей уже давно следовало понять, что даже одарённая простушка не сможет заменить бесталанную леди… Нику. Мою Нику.
О боги! Дракон вновь поднимает морду и протяжно воет, царапая моё нутро когтистой лапой.
Как я мог позволить Нике узнать о своей интрижке и отпустить! Ведь кроме жены, оказывается, мне никто не нужен.
— Ты чудовище! Монстр! Ван Дерден, не смей от меня отворачиваться! — визжит Этерия и смахивает на паркетный пол любимую вазу Ники. Ту самую, что я выписал из Каростана на нашу первую годовщину.
Керамика из белой глины и искусная роспись эмалью. Тончайшая работа.