Я медленно выдыхаю. Это правда. Я жду дракончика. Моего сыночка!
И Эрик никогда не узнает, что он его отец!
— Леди, я подтверждаю ваш развод, — рычит император и кивает верховному судье, который торопливо заносит данные в протокол.
От облегчения трясутся руки и ноги, но, кажется, я рано расслабляюсь.
— Прямо сейчас императорской волей я связываю браком вас с Робертом Поулем!
— Максимилиан! — яростно рычит Эрик и ударом кулака разносит в щепки стол.
— Уймись, ван Дерден! — рявкает император.
— Нет, — выдыхаю испуганно. Мы с Робом не можем…
— А также я изгоняю вас из Азурии! — продолжает император, смиряя нас пронзительным, недовольным взглядом. — Предателям, порочащим честь своих семей, не место на землях моей империи. Вечером отходит корабль в Каростан. Господин Поуль, вы назначаетесь моим специальным посланником в эту страну. Бессрочно!
Бессрочно? То есть навсегда!
Глава 21 Эрик
Демонова прорва!
Ника! Дрянь! Сбежала!
Полный отменного вина графин летит в стену.
С грохотом пробивает наш с бывшей женой свадебный портрет и брызгами осколков осыпается на пол.
Ника!
Обхватываю голову двумя руками, рычу что есть мочи!
Единственное, в чём я был уверен в этом мире, так это в Нике.
Тихая, покладистая жена. Немного скучная, совершенно неодарённая и бесталанная, но с идеальным вкусом и манерами.
Идеальная картинка. Образцовая жена для лорда, для видного политического деятеля.
Красивая, степенная, верная…
Агх — гра! — следом за графином в портрет над камином летит массивное пресс-папье из оникса.
Дрянь!
Кусок камня, из которого вырезано пресс-папье, врезается в раму и разбивает её.
Портрет наклоняется, качается и, наконец, летит вниз.
Стоит массивной раме и промасленному полотку коснуться пола и частично лечь в камин, как языки пламени жадно набрасываются на неё.
Прищурившись, наблюдаю, как пузырится и чернеет краска, как едкие клубы дыма затягивают мой кабинет, как огонь, сожрав моё изображение, подбирается в хрупкой фигуре в белом.
— Не смей! — выбрасываю вперёд руку. С ладони срывается чёрное пламя и набрасывается на каминный огонь.
Я не красный огненный дракон, как Поуль. Я не могу управлять огнём, не могу заставить его разгореться ярче или потухнуть совсем.
Но у меня есть свой огонь — злой и колючий. Вот он может поглотить красные всполохи.
— Не смей! — повторяю огню и запрещаю ему прикасаться к изображению Вероники.
Моей Вероники! Развод ничего не меняет!
Моя жена — навсегда останется моей!
И даже то, что этот глупец Поуль стал её новым мужем, меня не остановит.
Каростан портит мне все планы, но ничего! — я залпом опрокидываю в себя стакан вина и морщусь.