— Он вернётся, — отчеканила она. — Когда поймёт, что ты — это вечная истерика, проблемы и ребёнок, который появился в самый «удачный» момент.
Я усмехнулась.
— Даже если он приползёт ко мне на коленях, это будет моей проблемой, не твоей. Но знаешь, что самое смешное? Ты ведь не из-за него бесишься. Ты бесишься, потому что он выбрал не тебя, даже имея всё, что ты ему сулила. Ни деньги отца, ни статус, ни будущее не перевесили одну новость о ребёнке от меня. Вот это и жжёт, да?
И я попала.
Ох, как попала.
На её лице впервые за всё время появилась настоящая злость, без шёлковой упаковки. Глаза потемнели, губы стали тонкими.
— Ты ещё пожалеешь, что родила эту проблему себе на шею, — выплюнула она.
Мир сжался в одну точку.
— Повтори, — сказала я очень тихо.
Женщина с планшетом встревоженно дёрнулась. Мужчина рядом с ней тоже заметно напрягся. Даже Ника поняла, что зашла не туда. Но отступать было уже поздно.
— Я сказала, что…
Я схватила её за лацкан пальто и дёрнула к себе так резко, что её каблук скользнул по плитке.
— Ещё раз, — прошептала я ей прямо в лицо. — Ещё только раз ты назовёшь моего ребёнка проблемой — и я забуду, что беременна, Ника. Поняла?
Она смотрела на меня широко раскрытыми глазами. Наверное, впервые увидела, что перед ней уже не бывшая подруга, не брошенная жена и не запуганная предпринимательница.
Перед ней стояла мать.
А мать — это действительно плохая новость для всех, кто полез не туда.
Я оттолкнула её.
— Пошла вон.
Она выпрямилась, дрожащей рукой поправила пальто и маску собрала обратно по кусочкам прямо у меня на глазах.
— Ладно, — холодно сказала она. — Теперь точно без предложений. Дальше будет только хуже.
— Для кого — посмотрим.
Когда дверь закрылась, меня начало трясти. Не от страха. От всплеска адреналина. Я дошла до кухни, села на стул и только тогда поняла, что ладони ледяные.
Телефон завибрировал почти сразу.
Максим.
Словно почувствовал.
— Да, — сказала я.
— Что случилось?
— Почему ты решил, что что-то случилось?
— Потому что у тебя голос такой, будто ты сейчас или заплачешь, или сожжёшь дом.
— Твоя бывшая невеста только что приходила покупать моё молчание.
Пауза.
Очень нехорошая.
— Она что?
— Уже ушла.
— Я еду.
— Не надо.
— Адрес она знает? Была одна?
— С массовкой.
— Чёрт.
— Вот именно.
Он шумно выдохнул.
— Ты в порядке?
Я закрыла глаза.
— Нет. Но жива.
— Вера, послушай меня. Сегодня ты не остаёшься одна.
— С какой радости?
— С той, что я не выпущу ситуацию из рук после того, как она полезла к тебе домой.
— А раньше выпускал?
— Да. И больше не буду.
Я устало опустила голову на ладони.