Он смотрел на меня как на раненое животное, к которому страшно протянуть руку, потому что укусит от боли.
— Прости, — сказал он совсем тихо.
— Ненавижу это слово.
— Знаю.
— Ненавижу тебя.
Он вздрогнул. Но кивнул.
— Тоже знаю.
Я прижала ладонь к животу и медленно, глубоко вдохнула. Потом ещё раз. И ещё. Надо было взять себя в руки. Не ради него. Ради ребёнка.
Максим молчал. Просто сидел рядом на полу, не прикасаясь, не лезя, не оправдываясь. И именно это вдруг стало невыносимо.
— Уходи, — прошептала я уже без сил. — Пожалуйста.
На этот раз он послушался.
Поднялся, задержался на секунду, словно хотел что-то сказать, но передумал. Потом взял пальто со стула и ушёл.
А я осталась в тишине, прижимая ладонь к животу и впервые понимая, что Ника, при всей своей мерзости, попала в самую страшную точку.
Если бы не ребёнок, отменил бы он эту свадьбу?
И почему мне до сих пор так больно не оттого, что он предал, а оттого, что я всё ещё жду от него такой честности, которая уже ничего не спасёт?
---
Глава 8. Первый удар
Глава 8. Первый удар
Утро началось с письма от арендодателя.
Сухое, официальное уведомление пришло на почту в восемь двадцать две. Я прочла первые две строки и сразу поняла: началось. Помещение моей студии, которое я снимала почти три года, внезапно понадобилось собственнику «для личных нужд», а договор подлежал досрочному расторжению в связи с пунктом, который раньше никогда никого не интересовал. Формулировки были безупречны. Законно, вежливо, хищно.
Я сидела за кухонным столом с ноутбуком, ещё не успев нормально проснуться, и чувствовала, как в груди медленно разворачивается чёрная, очень взрослая злость. Не паника. Не слёзы. Не истерика. Именно злость — та, которая не разносит, а собирает.
Вторым ударом стал звонок от поставщика тканей.
— Вера Андреевна, добрый день. Тут небольшая накладка по вашим последним заказам… Партия задерживается. И, честно говоря, нам рекомендовали временно заморозить отгрузку до уточнения финансовых гарантий.
— Кто рекомендовал?
Пауза.
— Это внутренний вопрос компании.
— Понятно.
Третьим был отказ от крупного корпоративного заказа, который я согласовывала почти месяц.
— Нам очень жаль, — сладко пропела менеджер, — но руководство приняло решение работать с другим подрядчиком.
Конечно.
Я закрыла ноутбук и несколько секунд смотрела перед собой. Затем снова открыла. Взяла блокнот. Ручку. Начала записывать.
Что у меня есть:
одна беременность на раннем сроке;
одна студия под ударом;
один бывший муж, внезапно решивший вспомнить о совести;
одна сорвавшаяся невеста с уязвлённым самолюбием;