Про боль.
Про то, что мы всё ещё узнаём друг друга телом быстрее, чем ненавистью.
И именно поэтому он был опаснее любого другого.
Я отстранилась первой.
Резко. Слишком резко.
— Нет.
Он замер.
— Прости.
— Не смей извиняться за это тоже, — прошептала я, тяжело дыша. — Просто... не смей больше так делать.
— Если ты попросишь — не буду.
— Я уже попросила.
Он кивнул. Глаза у него были тёмные, совершенно больные.
— Хорошо.
Я вышла из машины и, не оборачиваясь, зашла в подъезд.
А уже в квартире, прислонившись спиной к двери, поняла сразу две ужасные вещи:
я всё ещё хочу этого мужчину,
и теперь у меня в кармане лежит оружие, которым можно уничтожить его прошлую жизнь окончательно.
Глава 25. Флешка
Глава 25. Флешка
Утром я проснулась с чувством, будто спала внутри натянутой проволоки. Губы всё ещё помнили вчерашний поцелуй — короткий, опасный, слишком тихий для того, сколько шума он поднял во мне. Это бесило. Унижало. Делало слабее именно там, где мне сейчас нужна была сталь.
Я села на кровати, прижала ладонь к животу и сделала несколько медленных вдохов.
— Не время, — сказала себе вслух. — Совсем не время.
Потом вспомнила про флешку.
Вот что было настоящим. Не губы. Не память. Не желание. Документы. Грязь. Власть. Ответный удар.
Я набрала Артёма в восемь утра. Он ответил сразу, словно вообще не спал.
— Случилось?
— У меня кое-что есть.
— Настолько «кое-что», что вы звоните так рано?
— Да.
— Тогда через сорок минут у меня. И, Вера?
— Что?
— По голосу слышу: не одна катастрофа. Что ещё?
Я помедлила.
— Потом.
— Значит, точно что-то идиотское с Дороховым.
Я невольно усмехнулась.
— Ненавижу, что вы всё понимаете.
— Это моя работа.
Через час мы уже сидели у него в кабинете. Савин вставил флешку в ноутбук, быстро просмотрел папки, потом медленно откинулся на спинку кресла и впервые за всё время нашего знакомства позволил себе по-настоящему удивиться.
— Вот это да.
— Что там?
— Там, Вера Андреевна, не просто месть обиженной дочери. Там маленькая юридическая гражданская война. И если всё подлинное, Астафьеву будет очень больно.
Я сжала пальцы на подлокотниках кресла.
— Говорите нормально.
— Хорошо. Тут переписка по вашему помещению, по заказной статье, по инспекторам — это мелочь. Но есть и другое. Несколько цепочек по тендерам, фиктивным конкурсам, переводу активов через подрядные прокладки, внутренние служебные записки с прямыми указаниями, кого «продавить» и кому «закрыть рот» по одному земельному проекту. И, что особенно прекрасно, часть сообщений подписана людьми, которым очень не захочется потом всё это объяснять вслух.