— Почему сейчас? — спросила я тихо.
— Потому что в больнице понял одну простую вещь. Ты можешь так и не дать мне ни второго шанса, ни семьи, ни себя. И это будет честно. Но наш ребёнок не должен зависеть от того, насколько ты сможешь мне однажды снова поверить. Его безопасность должна быть выше нашей драмы.
У меня защипало в глазах.
Чёрт.
Чёрт тебя побери, Максим.
Вот именно поэтому и нельзя подпускать тебя близко. Потому что в тот момент, когда я уже почти убедила себя в твоей окончательной ничтожности, ты вдруг начинаешь говорить как настоящий мужчина.
— Я подумаю, — сказала я после паузы.
Он кивнул.
— Это всё, что я прошу.
— Нет. Ты ничего не просишь. Ты снова предлагаешь то, чего я хотела слишком поздно.
Он побледнел. Но не отвёл взгляд.
— Да.
— И от этого хуже всего.
— Знаю.
— Иногда мне кажется, что ты специально добиваешь меня именно правильностью.
Он горько усмехнулся.
— Если бы я умел быть правильным вовремя, мы бы не стояли сейчас здесь.
Ветер тронул мои волосы. Где-то во дворе кричали дети. Обычная жизнь вокруг продолжалась, как будто в ней не происходят такие разговоры, после которых женщина ещё долго учится дышать заново.
— Хорошо, — сказала я. — Обсуди это с Савиным.
— Уже.
— Конечно.
— И ещё, Вера…
— Что?
Он посмотрел очень внимательно. Так, будто заранее знал, что следующая фраза может оказаться лишней, но всё равно не мог её не сказать.
— Я не прошу тебя меня любить. Но если в тебе ещё осталось хоть что-то живое ко мне, не убивай это насильно только потому, что я однажды не выдержал быть достойным этого чувства.
Я стиснула зубы.
— Уходи.
Он кивнул.
— Ладно.
— И не смей больше так говорить.
— Постараюсь.
Он развернулся и пошёл к машине.
А я осталась стоять посреди двора, прижимая ладонь к животу и ощущая, что внутри меня снова война.
Только на этот раз не с Никой, не с Астафьевым и даже не с прошлым.
С самой собой.
Потому что иногда женщина может простить предательство позже, чем себе позволит это признать.
Глава 33. Последний удар
Глава 33. Последний удар
Мне казалось, что после больницы, сливов, мотеля, статей и тендерных схем я уже видела дно этой истории.
Оказалось — нет.
Настоящее дно всегда стучит позже. Тогда, когда ты уже чуть расслабляешь плечи, начинаешь думать, что худшее пережито, и именно в этот момент тебя бьют туда, куда нельзя.
Это случилось утром в женской консультации.
Я приехала на плановый приём с Наташей — после больницы одна меня уже почти никуда не отпускали, и подруга добровольно взяла на себя роль моего злого охранника. Она сидела в коридоре, листая телефон и матеря взглядом любого, кто слишком долго смотрел в мою сторону. Я вошла в кабинет, сдала бумаги, села напротив врача и почти сразу поняла: что-то не так.