жаль.»
Я не говорю ей, что всё в порядке. Не могу. «Значит, ты работала на
Принципалиса.» Говорю это достаточно мягко, чтобы она поняла: я готов
слушать дальше.
Эмисса несколько секунд не может подобрать слова. Борется с желанием
сказать больше. Извиниться ещё раз. Недавно зажившее отметина на животе
чешется.
«Для него.» Это поправка, которую она не рада делать.
«Добровольно?»
Она берёт время подумать. «Да.» Но не так уверенно, как я ожидал бы.
«Я знаю, что он рассказал тебе о Катаклизме, и я ему верю.»
«Почему?»
— То, что он мне показал. — Она качает головой с грустной улыбкой,
глядя на моё выражение лица. — Нет. Если я скажу тебе, что знаю, ты
решишь, что нет смысла идти к Веридиусу. А Вис? Тебеочень нужно к нему сходить.
Я молчу. Она хорошо меня знает.
— Он уже несколько дней пытается передать тебе сообщение, — добавляет
она, видя, что я не собираюсь отвечать. — Предупреждение. Когда у тебя
экзамены по Распределению?
— Они не говорят точно, но, вероятно, через пару месяцев. В то же
время, что и у тебя, я полагаю, — говорю я медленно.
— Перед тем как тебе передадут Волю, будет отдельный тест. Они
проверят твою кровь.
Я сглатываю. Вспоминаю Секста Валерия — странного человека, который
пришёл на виллу после навмахии и взял образцы моей крови. Показал мне те
изображения. — Я не пройду его, правда?
— Нет. И они убьют тебя из-за этого.
Я закрываю глаза. Часть меня сомневается в ней, не может просто
принять её слова на веру так, как раньше. Я знаю теперь, насколько
чертовски хорошо она умеет лгать. Но это ощущается как правда. — Как мне
этого избежать?
— Никак. Ты не можешь. Это предписано Принципалисом. — Она медленно
вздыхает. — Но есть способ провести тест.
— Какой?
— Ты мог бы передать мне ведение перед самым тестом.
Тишина, а затем я просто смеюсь. Когда она лишь смотрит на меня
спокойно, я развожу руками. — Ты хочешь, чтобы я стал твоим Октавом? —
Даже само слово вызывает у меня отвращение.
— Только перед тестом, а потом я сразу же освобожу тебя от ведения,
как только всё закончится. До Распределения. С timing придётся
повозиться, но мы справимся. — Она видит, как на моём лице борются
разные чувства. — Веридиус говорит, что дело в твоей Воле, которая
отличается от других, а не в самой крови. Если у тебя изначально
недостаточно Воли, это не вызовет нужную им реакцию.
Я провожу рукой по волосам. — Ты уверена, что это сработает?
— Веридиус уверен. И я ему в этом доверяю. Он хочет, чтобы ты был
жив. Я тоже. — Она наблюдает за мной. Карета едет по улицам Катена.
Снаружи уже в ранние утренние часы доносятся отдалённые крики торговцев.