чувства, которое он только что явил. — Он был при теле Киана?
— Нет. — Лир медлит; я вижу, что он не хочет вдаваться в подробности,
пока Аодх подводит меня ближе. Несколько человек начали прислушиваться,
хотя большинство снова занялись едой и собственными разговорами. — У
Деаглана он и был.
Недоумение, а затем широко открытый от гнева взгляд у Доннана. Он
смотрит на меня так, будто я кого-то убил. — Почему он ещё жив?
— Он говорит, что ему его отдали. Был свидетель. И онábálta , — добавляет Лир вполголоса. Я не знаю этого слова, но
он произносит его весомо.
— Это не имеет значения, — рычит Доннан. Я замечаю, что его рука
легла на рукоять кинжала на поясе.
После этого разговор становится слишком быстрым и сложным, чтобы я
мог уследить, однако одно достаточно ясно: Доннан считает, что меня
нужно казнить, и не хочет откладывать. Лир возражает, но я вижу его
неуверенность, его отчаяние — он старается отстоять свою позицию. У меня
складывается впечатление, что Доннан — его начальник.
Копьё Аодха по-прежнему направлено на меня, но как-то вяло — его
внимание больше занято спором между друидами. Разговоры поблизости тоже
стихли: другие за столами прислушиваются с любопытством.
Сердце колотится. Я бросаюсь вперёд.
Аодх кричит, оба друида останавливаются от неожиданности, но я
двигаюсь не к выходу: даже если бы Кеган и несколько других не стояли на
пути, я не сделал бы и нескольких шагов за дверью.
Вместо этого я проскальзываю мимо огня — к королю Ронану.
Огромный мужчина рядом с ним — тот, что украшен нарукавными
браслетами и серебряным торком, — вскидывает копьё с такой быстротой,
что я едва успеваю осознать это. Неважно. Я падаю на колени перед столом
короля. Разговоры в зале почти разом обрываются от изумления.
«Великий король Ронан. Я — Деаглан ап Кристовал.» Имя отца сжимает
мне горло, когда я произношу его, но я торопливо продолжаю, пока кто-то
кричит позади меня. «Моя рука — твоя рука. Яtiomnaigh себя
тебе. Если я нарушу клятву, да поглотит меня земля перед богами иanam . Да утопит меня море. Да сожжёт меня небо.» Я заканчиваю
теми же тремя словами, что и все остальные передо мной, едва успевая
выдохнуть последнее слово, прежде чем чья-то рука запутывается в моих
волосах и резко, яростно дёргает меня назад. Я не могу сдержать крика,
когда Аодх свободной рукой ударяет меня по голове.
«Что это такое?» Исполин рядом с королём по-прежнему сжимает копьё, в
глазах — гнев.
[]«Король Ронан. Он приговорён к смерти. Он нёсcomhlánam »,
— говорит Доннан, торопливо выходя вперёд. Я слышал это слово раньше —
оно не означает «посох», но я знаю, что речь идёт именно о нём.