сильнейший из людей короля Ронана, несмотря на существующий между ними
разлад. И я подозреваю, что любой из воинов в этом зале мог бы меня
одолеть.
Судя по предыдущим поединкам, это должно быть скорее показательным
выступлением, нежели настоящим боем. Но разъярённый, имеющий
преимущество человек с настоящим оружием — далеко не идеальный
противник.
Чем дальше к задней части зала я продвигаюсь, тем лучше выглядит
оружие. На многих копьях теперь вырезаны символы на древках, и
большинство из них сделаны из ясеня, реже — из дуба или берёзы.
Наконечники тоже становятся заметнее. Кость и кремень уступили место
бронзовым и железным лезвиям, блестящим в мерцающем свете.
Я останавливаюсь. Чувствую за спиной давление нетерпения, царящего в
зале. Лир и король намеренно устроили это для меня — чтобы я отправился
в это место, к Лох Трэналла. Зачем? Быть может, ради моей безопасности.
Или я — ничтожная жертвенная фигура на их Игровой доске Фундамента, и
они делают это лишь для того, чтобы раздразнить врагов. Или и то, и
другое.Вэк . Мне это не узнать.
Я снимаю с настенной стойки копьё, занимающее почётное место, —
покрытое замысловатыми узорами и символами, которые я видел на оружии
воинов в зале. Его смазанный маслом железный наконечник блестит. Я
взвешиваю его в руке. Хороший вес, хороший баланс.
Я уже готов его взять, когда мой взгляд цепляет едва уловимый пульс.
Не свет, а скорее ощущение…чего-то . Как то, что я порой
улавливаю от посохов Лира и Киана. Как то, что предупредило меня о
приближении Лира несколько недель назад. Это лишь слабое мерцание,
скрытое под кучей предметов, которые я поначалу счёл выброшенным,
низкокачественным оружием. Те, что видны сверху, действительно выглядят
помятыми, с трещинами на древках и затупленными лезвиями.
Я делаю вдох. Игнорирую ожидающие взгляды и театральные стоны зала и
кладу обратно копьё, которое держал.Выбирай осторожно .
Я приседаю рядом с кучей, отодвигая в сторону сломанное и явно
негодное. Ближе ко дну нагромождения находится источник странного
пульса. Ещё одно копьё. Разделённое на девять частей, точь-в-точь как
посохи друидов. Символы на нём вырезаны грубее, но древко из ясеня
чистое, прямое и крепкое. Наконечник из обсидиана — единственный из
виденных мной — лежит в конце, неровный, но острый как бритва.
Я держу его в руках, пытаясь понять, почему оно притягивает мой
взгляд. Внешне оно относительно неприметно. Но его баланс ощущается
идеальным. Конечно, не самое эффектное оружие здесь, но несомненно
отличной выделки.
Когда я распрямляюсь, поворачиваюсь и начинаю идти обратно с ним в